Но вот последнее отмелось сразу, потому что несмотря на мое действие, в глазах Максима злости я совсем не видела – только странную сексуальную агрессию, которая могла вылиться лишь во что-то интимное.
– Трусиха, – усмехнулся он и отодвинулся.
Я тут же судорожно открыла дверь, собираясь поскорее выйти, но Максим, схватив меня за руку, потянул назад и вышел сам, оставляя одну.
После того, как он ушел, я долго стояла, вглядываясь в зеркало, и никак не могла прийти в себя.
Что это сейчас было?… И почему я так странно реагировала на нахальные слова и действия парня, что моложе меня лет на 10?… Потому что мне… Понравилось?
Бред, – отвернулась я от собственного отражения. Никогда мне не нравились парни младше меня даже на пару лет, что уж говорить про совсем еще подростков.
Боже, зачем я себя обманываю?…
Ну каких подростков – у него зрелого тестостерона больше, чем у пяти среднестатистических мужчин моего возраста, и на подростка он точно совсем не похож. Подозреваю уже давно.
Простояв так несколько минут, все же решилась выйти, и, к моему облегчению, когда зашла на кухню того, кто мозолил глаза последние полчаса, ни на кухне, ни в квартире уже не было.
– Максим ушел? – спросила Юру на всякий случай, вглядываясь в его выражение лица и гадая: сказал ли ему что-нибудь о произошедшем в ванной его сын.
– Да, ушел. Он за документом каким-то приходил. Но хорошо хоть поел с нами. Редко видимся в последнее время – он занятой с этим новым своим проектом.
Юра выглядел как обычно – значит скорее всего Максим решил промолчать. Выдохнула и этому, и тому, что он все-таки ушел, и озвучила очевидное:
– Я ему не понравилась.
– А! Не обращай внимания. Он ко всем так.
– Ко всем? – переспросила я.
– Ну прям чтобы вот так нет, но часто все же он был неприветлив.
– Это с кем?
– Наташа, Люда, еще кто-то был… Не помню, – отмахнулся Юра.
Вообще-то думала услышать одно имя, а не целых три.
– А где его мать? Может он злится из-за нее, из-за того что вы не вместе? – сделала предположение я.
– Она уехала в другую страну. Там… Неприятная история.
Юра не особо горел желанием делиться, но мой интерес взял верх, прежде, чем я успела об этом подумать.
– Какая? – спросила я.
– Ну, изменил я ей в общем, и она ушла. Изменил с молоденькой, – уточнил Юра. – Поэтому Максиму не нравится, когда мои женщины намного младше меня.
Ну не зажимать же их в ванной из-за этого! – возмутилась внутри я, отметив информацию и об измене Юры.
А потом, спустя время и периодические воспоминания о случившемся я сделала вывод, что Максим умышленно тогда так поступил – видимо решил показать отцу, что женщины моложе его не отличаются порядочностью. Другого объяснения я так и не нашла. И как все-таки хорошо, что я тогда не поддалась соблазнению этого грубияна.
Хорошо, что меня спасли мои трезвые мысли в противовес телу, опьяненному от близости этого парня.
И вот сейчас, когда снова вижу этого парня, я понимаю, чем вызвана моя тревожность: я боюсь оставаться с ним наедине – стоит лишь вспомнить, как он за считанные секунды сумел на меня повлиять. К слову, я ни с кем и никогда не испытывала подобного – видимо дело и в обаятельности парня, а не только в незамысловатых движениях, которыми владеют многие.
– Собираешь вещи? – Максим стоит в дверях и смотрит на сумку с вещами, после чего переводит взгляд на меня.
– Да, мы с твоим отцом расходимся.
Говорю это и понимаю, что сейчас он наверно рад это слышать – и демонстрировать отцу ничего непристойного обо мне не пришлось, все решилось само.
– Что так? – равнодушно спрашивает он.
– Не сошлись характерами, – пожимаю плечами я, произнося банальную фразу. Не перечислять же ему все причины.
– Ты любишь жёстко, а у него стоит только на нежности?
Вспыхиваю и мгновенно чувствую, как кровь приливает к лицу. Он так и не успокоился в своих колкостях с пошлым подтекстом.
Смериваю хама взглядом и зачем-то отвечаю, чуть покраснев:
– Наша интимная жизнь тебя не касается. И жестко я не люблю.
– Тебя просто ещё не драли как следует, – усмехается в ответ он, чем еще больше вызывает во мне негодование.
Кровь приливает теперь не только к лицу, но и намного ниже, стоит невольно вообразить произнесенную им фразу.
Реакция тела на этого парня и на его речь раздражает еще больше. Наконец не выдерживаю и выпаливаю, что думаю об этом гаденыше, который уже достал своими высказываниями.
– Засунь свой поганый язык подальше и выйди из комнаты! – повышаю тон я. – Невоспитанный сукин сын!