— Это бред, — отрезаю, чувствуя, как во мне поднимается волна негодования. — Я даю тебе возможность не думать о деньгах, чтобы ты могла просто жить нормально. Что в этом плохого?
— Может, в этом и нет ничего плохого, — она делает паузу, будто подбирая слова, — но я чувствую себя в ловушке, как будто мои решения больше ничего не значат.
Я тяжело выдыхаю, понимая, что разговор уходит совсем не в ту сторону. В моём мире такие вопросы решаются иначе, а тут всё кажется слишком личным.
— Ты хочешь сказать, что это плохо — не думать о деньгах? Что тебя это пугает? — спрашиваю, стараясь говорить, как можно спокойнее.
Она молчит, глядя на меня взглядом, который я не могу прочитать.
— Слушай, у меня сегодня был такой тяжелый день…
Она наклоняет голову, и её глаза становятся мягче, но все равно не теряют настороженности.
— Я понимаю, что вы устали, — отвечает она. — Но разве не лучше поговорить об этом сейчас, чем потом, когда накопится ещё больше?
Тяну руку к бутылке, но останавливаюсь, когда вижу, как она сжимает руки на столе, словно пытаясь удержать себя в рамках.
— Ладно, — говорю вздыхая. — Давай говорить.
Смотрю на неё и вижу, запуганную, затравленную девочку. Мне сейчас самому себе врезать хочется, что то, я такой чурбан бесчувственный.
— Обычно я контролирую людей другим способом. Приставляю к ним людей, жучки, все дела…
Она медленно качает головой.
— Значит, своего водителя вы тоже ко мне приставили. А я-то, дура, еще думаю, почему он вдруг такой хороший? — всплескивает руками. — Улыбается, беседы разные ведет, заботиться…
Эти слова заставляют меня остановиться. Ревность вспыхивает внутри, как неукротимый огонь.
— Даже в мыслях не было! — резко произношу я, чувствуя, как внутри разгорается ревность. В этот момент мне кажется, что все мои эмоции выбрасываются наружу.
— Неужели? — спрашивает она, чуть приподнимая брови, и в её голосе слышится некая доля иронии, которая подстегивает мою злость. — Но разве это не очевидно, вы сами только что сказали…
— Мало ли, что я там сказал! Вообще-то, я забочусь о тебе и твоем ребенке!
Она смотрит на меня, и в её глазах сверкает что-то, что я не могу распознать — возможно, это недоверие, возможно, ожидание. Она наклоняет голову, и её волосы падают ей на лицо, будто скрывают её настоящие эмоции.
— Забота — это хорошо, Тимур Эльдарович, — отвечает она. — Но забота не должна превращать меня на забавную зверушку в клетке!
— Окей. Не хочешь быть зверушкой, не хочешь быть мне должной. Деньги у меня брать не хочешь… — я делаю паузу, обдумывая свои слова. Идея неожиданно возникает в голове, как молния. — У есть другой вариант.
Геля смотрит на меня с недоумением, и я понимаю, что нужно объяснить.
— Что если мы заключим сделку? — уверенно заявляю я. — Ты будешь моей женой на время выборов. Это даст тебе финансовую независимость и сделает меня более симпатичным кандидатом.
Она приподнимает брови, и я вижу, как её лицо меняется — на первый взгляд, она не понимает, что я имею в виду.
— Женой? — повторяет она, как будто пытается уловить суть.
— Угу, — киваю, сцепив со злости зубы.
— Зачем вам это?
— Так мы сможем создать видимость счастливой семьи, и никто не будет задавать лишних вопросов.
Геля отступает на шаг, и её глаза расширяются от удивления.
— Вы серьезно? — растеряно спрашивает она. — Это не просто абсурдно, Тимур, это…
— Это шанс для нас обоих, — перебиваю я, осознавая, что этот вариант действительно может сработать. — У тебя будет возможность не думать о деньгах и при этом сохранить независимость. А я смогу защитить свои интересы и улучшить свой имидж.
Она останавливается, обдумывая, и я вижу, как в её глазах вспыхивает искорка интереса, хотя она старается сохранять невозмутимость.
— А как же честность? — наконец, говорит она. — Мы же будем обманывать всех.
— Все вокруг так или иначе обманывают, — отвечаю я. — Это всего лишь игра, и если мы сможем сыграть в неё лучше, чем остальные, то выиграем.
Геля смотрит на меня, и в её глазах я вижу борьбу — между желанием освободиться от постоянного контроля и тем, что эта идея кажется ей чем-то неправильным.
— Вы действительно считаете, что это хорошая идея?
— Я уверен, — отвечаю, стараясь быть убедительным. — Это шанс для нас обоих. Мы можем сделать так, чтобы это работало.
Она замолкает на мгновение, и я вижу, как она взвешивает все «за» и «против».
— Хорошо, — немного неуверенно, но все же соглашается она. — Но если я соглашусь, то не ожидайте от меня, что я стану просто вашей игрушкой. У меня есть свои принципы.