Пообедать я сегодня не успел, так хоть может поужинаю.
Захожу в «Шафран» — это один из тех ресторанов, куда приходят не просто поужинать, а чтобы провести важные встречи. Интерьер тёплый, свет приглушённый, сквозь витражные окна пробивается вечерний свет мегаполиса, добавляя атмосферы уединённости. Метрдотель сразу встречает меня дежурной улыбкой, проводя к столику в дальнем углу, где уже сидит Лидия Савронская.
Лидия — женщина с холодным, пронизывающим взглядом. Её лицо всегда безупречно, как и внешний вид — платье сидит идеально, как будто только что сшитое на заказ. Светлые волосы уложены аккуратными волнами, в руках бокал с красным вином, который она неспешно вращает, разглядывая его, как будто за этим занятием скрывается что-то большее.
— Тимур Эльдарович, — говорит она, поднимая на меня взгляд, как только я подхожу к столу. — Вы пунктуальны, как всегда.
— Время — деньги, Лидия, — отвечаю, присаживаясь напротив и жестом подзывая официанта. — Как ваше вино?
— Вполне достойно, — коротко отвечает она, её улыбка едва заметна, холодная, как и всё остальное в её облике. Она всегда держит дистанцию, за это я её и уважаю. Однако именно эта её хищная осторожность делает её важным игроком на шахматной доске нашего города.
Заказываю себе стейк, хотя аппетит не торопится появляться. Лидия спокойно ждёт, пока официант отойдёт, а затем, не теряя времени, переходит к делу.
— Тимур, ты знаешь, что я не люблю лишние разговоры, — её голос тихий, но каждый слог чётко выверен. — У нас есть проблема. И она требует решения. Ты готов?
— Я всегда готов, — киваю, наблюдая за её движениями, пытаясь уловить её настрой.
Она делает небольшой глоток вина, будто оценивая мои слова, а затем продолжает:
— У нас утечка информации по тендеру, который готовился под тебя. Я не знаю, кто именно стоит за этим, но то, что о нем известно другим людям — факт. Я уже предприняла меры, но есть подозрение, что кто-то из своих сливает данные.
Лидия делает паузу, давая мне осмыслить услышанное. Её голос звучит ровно, без лишних эмоций, но я знаю, что за этим кроется гнев. Когда Лидия злится, она становится ещё опаснее.
— Утечка? — спрашиваю я, внимательно смотря ей в глаза. — И что именно они узнали?
— Пока ничего критичного, — отвечает она, — но если мы не разберёмся с этим сейчас, последствия могут быть гораздо серьёзнее. Ты понимаешь, о чём я говорю.
Конечно, я понимаю. Лидия привыкла действовать быстро и точно, но даже у неё бывают ситуации, которые выходят из-под контроля.
— Кто в круге подозреваемых? — задаю вопрос, выждав паузу.
— Это пока неизвестно, — Лидия сжимает бокал чуть сильнее, и её глаза блестят ледяной сталью. — Но я найду. И когда найду, надеюсь на твою поддержку в решении этого вопроса.
— Ты знаешь, что можешь на меня рассчитывать, — отвечаю я, слегка подавшись вперёд.
Она слегка кивает, давая понять, что наш диалог не просто формальность. Мы оба понимаем, что в этом мире дружба и верность — это товар, который нужно заслужить.
Официант возвращается с моим стейком, но еда теряет смысл в тени того, что только что было сказано. Лидия уже изучила ситуацию и пришла за моей помощью. В нашем мире не прощают ошибок, и те, кто предал, исчезают без следа.
Лидия переводит взгляд на мою тарелку, но её мысли явно далеки от еды. Она снова делает небольшой глоток вина, ставит бокал и, сложив руки перед собой, продолжает разговор.
— Мне тут птичка напела, что ты к выборам готовишь.
— Ну, что за город? — забыв о приличиях говорю с полным ртом и развожу руками. — Чихнул в одном конце, в другом сказали — обосрался. Новости вылетают, как пчелы из улья, — произношу я, нарезая стейк.
Лидия смотрит на меня пристально, будто оценивая, насколько я вовлечён в процесс.
— Из серьёзных кандидатов только ты и Ильин, — произносит она тихо, но решительно
Выборы, выборы, кандидаты — пид…ы, — крутиться в моей голове.
— Его позиции сильны, и он часто использует грязные приёмы.
— Твой интерес в чем? — уточняю, стараясь прояснить, в чём заключается её выгода.
Лидия на мгновение замолкает, прежде чем продолжить:
— Я хочу возглавить земельную комиссию.
Я молча киваю. Губа у неё, мягко скажем, не дура.
Лидия посмотрела на меня, её холодный взгляд становится ещё острее.
— А я что буду иметь с этого? — произношу я, опуская нож и вилку.
Лидия на мгновение замолкает, а затем произносит:
— У меня есть несколько рычагов давления на Ильина. Один из них — его старые дела, которые он очень старается скрыть. Там достаточно грязи, чтобы скомпрометировать его перед выборами. Но это должно быть сделано чисто, чтобы ни я, ни ты не попали под подозрение.