– Относительное затишье, – заметил Матвеев.– Значит, надо ждать больших событий…
– Пора начинать. И нам бы веселее было воевать,– добавил Зеленов.
– Там, Коля, – Пилютов показал пальцем наверх, – сделали большое упущение, что о сроках наступления не посоветовались с тобой.
– Ты не обижайся, – уже серьезно сказал Пилютов. – Все мы, как и ты, с нетерпением ждем чего-то большого, знаменательного.
«В Народном комиссариате обороны…» – объявил диктор.
– Потише! – попросил Матвеев. – Давайте послушаем.
Диктор стал читать постановление о преобразовании авиационных полков в гвардейские.
«За проявленную отвагу, за стойкость, мужество, дисциплину и организованность, за героизм полки преобразованы в гвардейские, – продолжал торжественно читать диктор – …154-й истребительный авиационный полк – в 29-й гвардейский истребительный авиационный полк…»
– Наш! – не сдержал нахлынувшей радости начальник штаба Николай Минеев. – Мы – гвардейцы!
Грянуло дружное «ура». Все, кто находился в штабе, бросились обниматься, поздравляли друг друга.
154-й истребительный авиаполк принадлежал к числу частей, сформированных незадолго до войны. Молодые летчики набирались опыта в боях, ставших для них учебной аудиторией, крепко били врага и за первые три месяца войны уничтожили сто сорок два фашистских самолета.
Этот список открыл прославленный ленинградский ас капитан Георгий Петров, который 3 июля 1941 года сбил «юнкере». А на следующий день, сопровождая на задание бомбардировщики, он в паре с Алексеем Сторожаковым уничтожил «Mе-109».
Летчики полка защищали небо на ближних подступах к Ленинграду, сражались над Лугой и Волосовом, Гатчиной и Пушкином, штурмовали вражеские аэродромы, а в суровые дни блокады сопровождали транспортные самолеты с продовольствием в Ленинград и провели над Ладожским озером не одну сотню боев.
За полтора года войны в полку появились свои асы – мастера воздушного боя Петр Покрышев, Андрей Чирков, Александр Горбачевский, Петр Пилютов, Николай Зеленов, Константин Коршунов, сбившие по десять и больше вражеских самолетов.
Каждый бой был не на жизнь, а на смерть. Жарким июльским днем 1941 года погиб во время тарана вражеского самолета командир звена Сергей Титовка. Ему посмертно присвоили звание Героя Советского Союза. Много хороших летчиков потерял полк.
– Мы теперь гвардейцы, – любил повторять Покрышев. – И надо научиться драться по-гвардейски!
Самый крупный из боев, после того как полку присвоили звание гвардейского, он провел 9 декабря. Шестерка наших истребителей встретила в районе Кобоны группу «мессершмиттов». Первая атака закончилась вничью: один-один. Немцам удалось сбить самолет Шелегова, и летчику пришлось прыгать с парашютом. Но одного из четверки «мессершмиттов» поймал в прицел Николай Ивин и выпустил по нему очередь. Немецкий истребитель неестественно дернулся раз-другой, потом клюнул носом и полетел вниз.
– Следите за ведущим, – передал Покрышев команду Ивину и тут же услышал в наушниках его тревожный голос:
– «Мессершмитты» идут в лобовую атаку.
– Делайте разворот, прикрою! – передал он в эфир.
Ивин начал разворачиваться, а наперерез ему стремительно шел «сто девятый». Каких-то сто – сто пятьдесят метров отделяло его от врага, и Покрышев, нажав на гашетку, дал длинную пулеметную очередь. Огненные струи полоснули по кабине фашистского истребителя, и в следующее мгновение раздался сильный взрыв. «Мессершмитт» врезался в разворачивающийся истребитель Ивина. Покрышевскую машину взрывной волной подбросило вверх, и она влетела в черное облако, образовавшееся от взрыва. Горохом застучали по обшивке обломки разбитых самолетов. Когда Покрышев выскочил из облака, вражеские истребители маячили далеко впереди, – после первой же атаки они предпочли не продолжать боя и поспешно уходили на запад. С тяжелым чувством Покрышев докладывал Матвееву о сражении, в котором погиб Ивин.
– Да, – как-то неопределенно заключил командир, выслушав Покрышева. – Ивина нашли. Приземлился на парашюте.
– Живой? – обрадовался Покрышев.
– Без головы, – наконец сказал он. – Ее, видимо, отрубило винтом при прыжке. А парашют открылся автоматически.
Стало тихо-тихо. Было слышно, как гудит ветер, гуляя по аэродрому. Матвеев переложил с места на место последние донесения, механически разглядывая их, добавил:
– А фашистский летчик был убит во время боя.
– Собирайтесь, Петр Афанасьевич! Полетите за самолетами.
Этого дня ждали все летчики полка. Машин осталось совсем мало, и каждый с тревогой думал о том, что может наступить день, когда истребителей останутся единицы.
За новыми самолетами Покрышев вылетел вместе с Чирковым, Горбачевским и другими летчиками, которые летали на истребителях системы конструктора Яковлева. Им предстояло получить новые модернизированные машины «Як-7».
На заводском аэродроме гвардейцы задержались недолго. Поступил приказ: немедленно возвращаться. Фронту нужны были самолеты.
Первую посадку сделали в Хвойной. Заправились горючим o– и снова в путь. Но в районе Тихвина проходила полоса сильного снегопада. Пришлось сесть на ближайший аэродром и там заночевать.
Рано утром Покрышев побежал в штаб узнать обстановку. По летному полю стлался грязный, серый туман, свинцовые тучи низко ползли над землей.