— Я пытаюсь понять, почему Майя это сделала, но отец и Эмиль не подпускают меня к сестре. Сейчас я персона нон грата в их доме, — признаётся он, хмыкнув. — После моего ухода из семейного бизнеса отец отказался от меня. Прогнал, и… Я ничего не могу понять! У меня ничего не состыковывается. Я даже к Майе не могу подойти! И это убивает! Я должен с ней поговорить. Если не о том, что заставило её посадить Тимура, так о том, как она. Я боюсь за неё, Карин.
— Чего ты от меня хочешь? — шепчу, не в силах сдержать эмоции и слезы.
— Я верю, что Тимур не трогал тогда мою сестру, и у них всё было обоюдно, — говорит, но я лишь поджимаю губы.
Если бы он тогда поверил… всё могло сложиться иначе.
Но был бы у меня тогда кудряшка?
— Карин, — берёт меня за руку. — В память о брате — помоги мне!
Выдёргиваю руки и вскакиваю с ненавистью посмотрев на него.
— Не смей говорить о моём брате! Слышишь?! — наклоняюсь к нему и со слезами на глазах кричу:
— Не смей! Ты не знаешь, что нам пришлось пережить! Не знаешь!
Вскакиваю и иду к кромке бассейна и останавливаюсь спиной к нему. Мне нужно время, чтобы успокоиться. Осознать всё и начать думать трезво. Не на эмоциях.
Понимаю, что моя реакция сейчас чересчур взрывная. Надо спокойнее реагировать. Но я не могу, когда он рядом, и когда заходит тема о Тимуре и том времени, когда… Вспоминать страшно. Перед глазами сразу месиво, оставшееся от Тимура после последней драки.
Я чудом тогда Марка не потеряла. До того нервничала, переживала и плакала.
— Принцесса, — он подходит сзади и обнимает меня. Игнорирует даже то, что в доме мой законный муж. Пусть и фиктивный, но он ведь этого не знает. — Прости… — шепчет и целует затылок. — Мне очень жаль.
— Что ты хочешь? Какая помощь тебе нужна? — хрипло интересуюсь. — Я отвечаю на твои вопросы. Что ещё?
— Поехали со мной в Россию, в дом моих родителей, — предлагает невообразимое, даже и не думая выпускать из своих объятий. — Они не дадут мне поговорить с Майей наедине, но мне кажется, когда она увидит тебя, то заговорит сама. Из чувства вины.
— Это жестоко.
— Это единственный способ понять, чем они её держат и забрать её, — говорит спокойно, но я чувствую, что ему самому хреново от своей идеи.
— Я поговорю с мужем, — уклончиво отвечаю. — Если он разрешит, то я напишу тебе.
— Карин, я… — разворачивает меня в своих руках и, подняв моё лицо за подбородок, наклоняется для поцелуя. Нервно облизываю губы и как самый последний предатель, дрянь… желаю этого. Хочу ощутить его губы на своих и вернуться в момент, когда была счастлива, Хотя бы на секунду.
— Мама? — звучит взволнованный голос моего сына, и я прихожу в себя. Отскакиваю от Хасанова и нервно смотрю на кудряшку.
Тяжело дыша, он смотрит на Артура и пыхтит. Сжимает свои маленькие кулачки, готовый убить своего… папу или дядю?
— Не тогай мою маму! — рычит и с разгона бежит на Хасанова и… сталкивает его в бассейн. Артур явно не ожидал этого, поэтому не успел среагировать и отпрыгнуть.
К слову, я тоже не ожидала такого от своего ангелочка. Никогда не видела в нём столько агрессии.
— Мама целует только меня и папа! — произносит Марк, смотря на всплывшего Хасанова. — А ты ухади! Ты чужой!
Разворачивается и идёт к шезлонгу, на котором сложены полотенца. Берёт верхнее и тащит его к краю бассейна. Кидает, продолжая зло пыхтеть.
— На! И ухади!
Разворачивается и громко топая ножками идёт в дом. Сейчас пойдёт к Тахиру жаловаться и придумывать, как выгнать чужого. Такое уже было с другим парнем. Но то был просто мой репетитор, и он даже не смотрел в мою сторону. Но для Марка это конкуренция.
Подхожу к бассейну с новой «рыбкой» и улыбаюсь от воспоминаний. Наклоняюсь и с превеликим удовольствием возвращаю Артуру одну фразу:
— Зацени гостеприимство моего сына, Артур! Он даже полотенце тебе дал, — смеюсь и выпрямляюсь. — Выход там, — указываю рукой. — Если что, охрана подскажет. Всего доброго. Если что, напишу, — и спешу к сыну. Его надо успокоить.
— Карина! — Артур рычит за моей спиной, поднимая мне настроение окончательно.
Сын отомстил за мать!
Браво!
Не зря сына родила!
Глава 7
Долго думая, я решаюсь всё же помочь Артуру с его делом. Если он не соврал и ему правда не дают общаться с сестрой, то дело пахнет жареным.
И главную роль в моём решении играет нежелание Марка, чтобы я общалась со злым дядей, который хотел занять место его папы, и просьба Тахира узнать, как Майя. Ведь он всё ещё любит её, несмотря ни на что. А после моего пересказа беседы с Хасановым он начал беспокоиться за свою любимую ещё больше.