Родины больше не было.
Глава 10. Чувства - слабость
Глава 10.
Чувства – слабость
«Желание возвыситься многих обратило в безумцев».
Римарур шумел, как и положено крупному торговому городу – столице Великой Империи. Близились тёплые деньки, а с ними и гуляния в честь Урна. Будет всё, что любит румариец: веселье, попойки, красочные и пышные празднества, сражения гладиаторов на арене самого большого в городе театра, толпы торговцев, предлагающих свой самый экзотический товар и сотни легкодоступных, а иногда и не очень, девок. Эти дни всегда были самыми незабываемыми в жизни любого жителя столицы Румарийской Империи.
Центурион Амасис Мартелл, по прозвищу Покоритель, спокойно прогуливался по городу, облачённый в свой парадный доспех. Высокий молодой парень гордо шагал вперёд, ощущая всю свою значимость. Орлиный нос был задран вверх, а глубоко посаженные чёрные глаза с презрением смотрели на окружающий его сброд: торговцев, простых работяг и неудачливых жителей грязных кварталов Римарура. Он неспешно шёл по улицам, восхищаясь жизнью его самого любимого города среди сотен тех городов и городков, в которых он успел побывать за свою недолгую тридцатилетнюю жизнь.
Улицы столицы были наводнены парадно одетыми горожанами, распутными девками, разбойниками и торговцами, как и положено крупному городу на просторах Ардорина. Порою Амасис натыкался на патрулирующих город легионеров, которые по мере своих сил разгоняли нежелательных, на их взгляд, субъектов. К тому же, веселье подразумевало хоть и редкие, но беспорядки, а легионеры были обязаны их пресекать, кабы они не переросли в более серьёзные стычки. Охрана в эти дни была просто необходима.
Пройдя по одной из главных улиц, Амасис свернул в средних размеров проулок. Здесь располагалась его любимая таверна – «Кружка Октавиана».
Людей рядом со входом было предостаточно, но большинство из них постоянные, живущие неподалёку клиенты. Многие из них уже хорошо знали появляющегося два или три раза в неделю Мартелла, - знатного румарийца, не гнушающегося компанией простолюдинов, в отличие от ему подобных. Некоторые подняли руки в знак приветствия, некоторые поклонились, некоторые даже решились подойти и хлопнуть Амасиса по плечу. Румариец же слегка поклонился, постаравшись не скорчить презрительную гримасу и, открыв двери, скрылся в тёмном зале таверны Октавиана.
Корчмарь бегал средь столов, разнося пенный эль. Завидев Мартелла, он низко поклонился и продолжил свою работу. Центурион тем временем прошёл к стойке и уселся на один из свободных стульев, подперев уставшую голову руками и глубоко задумавшись. Пару минут спустя хозяин таверны занял своё законное место и обратился к Амасису, вырвав его из небытия мыслей.
-Приветствую Вас, центурион. Рад снова видеть в своём скромномзаведении, - произнёс корчмарь, протягивая Мартеллу кружку эля.
-И я рад встрече, - прохрипел Амасис, принимая из рук Октавиана кружку. – Что-то сегодня ты один бегаешь? Где же твои прекрасные работницы?
-Как сговорились, - развёл руками хозяин. – Решили не появиться все разом. Вот и приходится самому. Хорошо, что хоть народу не много.
Амасис обернулся и окинул взглядом немноголюдный зал. Народу, и в самом деле, было не очень много. Из двух десятков столиков была занята лишь половина. Да и сидящим за ними посетителям уже давно не было дело до эля – они мирно храпели за столами.
-И правда, - Мартелл широко улыбнулся, – не очень у тебя весело сегодня. Дай ещё кружку. Что-то у меня появилось желание серьёзно напиться.
-Не рановато ли? – Октавиан осуждающе посмотрел на центуриона, но эль протянул. – Разве у вас больше нет дел?
-Какие дела? О чём ты, друг? Все войны уже давно закончились, и, я думаю, не скоро начнутся вновь.
-Ну, вам-то о чём переживать? – корчмарь взял полотенце и стал натирать стоящие перед ним стаканы. – Вы свою долю славы уже получили. Вы прославили дом Мартеллов. О вашем - разговоров больше, чем обо всех остальных домах Империи.
-Это да, - Амасис кивнул и на пару мгновений замолк, о чём-то задумавшись. – О Мартеллах сейчас разговоров достаточно. Особенно много говорят о тех, кто скоропостижно скончался в последние месяцы. Тебе что-то известно? Какие-нибудь разговоры ходят в этой части Римарура?
-Ничего не слышал, - Октавиан отрицательно помотал головой и продолжил натирать стаканы. – В грязных кварталах нет желающих обсуждать дела стоящих выше них. Поверьте мне на слово, центурион.
-Поверю, - лицо Амасиса Мартелла растянулось в ехидной улыбке, но он промолчал и лишь пригубил ещё эля.