Когда они подходили к тенту, им преградили дорогу два унбарга, облачённые в длинные кольчуги, вооружённые копьями.
-Не положено мешать. Распоряжение такое, - просипел тот, который был повыше.
-И на мясо не заглядывайся. Оно - наше, – второй посмотрел на них дурными глазами и широко улыбнулся, демонстрируя отсутствие передних зубов.
И тут Генри узнал второго стражника. Это он не хотел его пускать в теманосский дворец, когда правитель только прибыл в столицу, чтобы стать принцем. Тогда Георг решил научить его уму разуму, но парень, видимо, урок не усвоил.
-Хорошо, - сверкнув глазами, произнёс король Унбаргии. – А как ты жевать-то его будешь, если у тебя зубов не достаёт? Помнится, раньше их было больше. Не так ли? И я хорошо помню, как ты выплёвывал их, лежа предо мной в грязи.
Последние слова Генри произнёс, изрядно повысив голос, и это произвело должный эффект. С лица второго стражника будто пелена спала. Он широко раскрыл глаза и бухнулся на колени, потянув за собой товарища, который решительно ничего не понимал.
-Не гневайтесь, Мой Король, - пролепетал стражник, подметая своей редкой бородкой песок. – Не признал я вас, да и не чаял увидеть снова. Радость-то какая! Как помощник первый обрадуется, ведь он так переживал, что вы сгинули в пучине морской. Не гневайтесь на слуг ваших верных. Мы же не со зла. Не признал я вас сразу.
-Ну вот и хорошо, - злобно процедил правитель и пошёл прямиком к тенту.
Подойдя поближе, он замедлил шаг и, остановившись, прислушался.
-Значит, вы решили отвергнуть моё предложение? - услышал он противный писклявый голос, сразу представив человека, походившего на большого слизняка. – Вы, не имея такого права по закону нашего королевства, провозгласили себя правой рукой короля, его десницей, и стали управлять эскадрой. Вы уверены, что ваша цель - это стремление сделать лучше для народа. Не хотите ли вы просто власти? - Генри услышал одобрительный гул и понял, что его первого помощника здесь недолюбливают. Видимо, нашлись те, кто считает себя более достойными. – Так, значит, вы не собираетесь отдавать бразды правления?
-Нет, не собираюсь, - сын плотника услышал голос, и сердце его забилось сильнее. Этот голос он бы узнал из тысячи.
-А если вы утверждаете, что имеете большую власть, потому что являетесь бароном, - голос женский, но жутко осипший.
Генри догадывался, кто может говорить с подобной интонацией. Перед глазами короля даже возникло лицо говорившей. Он всегда восхищался её неповторимой мимикой, хоть и боялся себе в этом признаться. Видимо, многомесячная разлука поменяла его взгляды на жизнь в корне.
-То я хочу напомнить, - продолжила между тем избранница его младшего брата, - что являюсь родственницей короля. Моя мать была его троюродной сестрой, и поэтому я имею намного больше прав, чем вы. И хватит строить здесь козни. У нас сейчас только одна цель – выживание. А вы упорно пытаетесь развязать войну за власть.
-Не стоит, милочка, - вновь противный голос. – Я - барон, и имею намного больше прав на власть, чем вы.
Один из четырёх баронов – это серьёзно. Генри стало интересно, кто именно. Он сделал пару шагов вперёд, сжав кулаки до хруста в костяшках.
Этот фарс надо было кончать. Правитель приосанился и, сделав ещё несколько шагов, оказался под тентом. Сначала на него не обратили внимания, но спустя пару мгновений его заметил обладатель визгливого голоса, и его хитрые глазки округлись раза в два, а челюсть отвисла.
Правитель не стал терять времени и сразу перешёл в наступление. Он обнажил меч Закона и вогнал его в центр стола, разбив тарелку, полную жареного мяса. Все, сидевшие за столом, резко отшатнулись. Лишь Филипп расплылся в улыбке, а на глаза его стали наворачиваться слёзы. Пару мгновений он не мог даже двинуться, но затем взял себя в руки, протёр глаза, а когда понял, что это - не сон, его улыбка стала ещё шире.
-Я тут ненароком услышал, как вы статусом меряетесь, - сурово произнёс Генри, прохаживаясь вдоль стола и не сводя глаз с барона. – Так вот, должен вас огорчить, что ваша игра бесполезна. Король вернулся, и теперь всем пререканиям - конец. А вы, - правитель указал пальцем на барона. – По какому праву решили отнимать власть у моего десницы? Да будет вам известно, что он стал им по моей воле, и не вам лишать его этого титула. Хотелось бы узнать ваше имя, многоуважаемый барон.
-Я... просто... – барон замялся. Вся его спесь мигом сгинула. Генри глянул на Филиппа и сразу понял, как он его достал.