-Неужели добрались? - выдохнул капитан.
-Похоже на то, - радостно улыбнулся сын плотника. - Подобная галера вряд ли сможет далеко отойти от берега. Думаю, что завтра-послезавтра мы увидим Ардорин. Наше путешествие по Лучистому морю подходит к концу.
И в то мгновение, как он договорил, рядом с ним села белая чайка, громко прокричав что-то на своём языке, внимательно изучая столпившихся на палубе людей. В следующие мгновение люди услышали крик вперёдсмотрящего, который наполнил их сердца радостью и счастьем, заставляя биться сильнее, вглядываясь в светлеющую даль.
-Земля!!! Впереди земля!!! Я вижу землю!!!
На западе, на сколько хватало глаз, в утреннем тумане вырисовались очертания материка. Крутые береговые склоны, пляжные косы и сотни деревьев, машущие своими ветками-лапами, приветствуя унбаргов и приглашая их под свою уютную сень. Путь длиной в полгода закончился, и эта глава унбаргской истории подходила к концу.
* * *
-Как бы ни хотелось побыстрее сойти на берег, но нам придётся повременить, - произнёс Дарлин, разглядывая появляющийся на горизонте материк. - В этом месте берег слишком крутой. Обычно в таких местах и на рифы наткнуться можно. Придётся идти вдоль берега, пока не найдём удобное для высадки место.
Генри посмотрел на крутые склоны, о которые разбивались волны, отметив про себя практичность капитана. Место, и правда, не очень удобное для высадки. Хоть ему и не терпелось сойти, но спешка ни к чему. Не хватало погубить всех, переживших такой сложный переход по Лучистому морю только из-за того, что надоела палуба под ногами.
-В какую лучше сторону идти? - король посмотрел на Дарлина. Он - капитан, он провёл в море большую часть жизни, и ему все карты в руки.
-Думаю, что на север, - наконец, ответил он, внимательно осмотрев берег. - На юге склоны ещё выше. Не удивлюсь, если там они перерастают в приличных размеров горы. А вот если посмотреть в противоположную сторону, то можно увидеть, как они сходят на нет. Думаю, чуть дальше гористая местность переходит в луга и холмы. Будем держаться прежнего направления.
-Хорошо. Филипп, - Генри поискал глазами своего помощника.
Младший брат прорвался сквозь толпу веселящихся унбаргов и подошёл к правителю.
-Отправь гонцов на другие корабли. Пусть сообщат капитанам, чтобы следовали за нами на север. Поищем более удобное место для того, чтобы высадиться.
Корабли с полными от попутного ветра парусами двигались вдоль береговой линии, оставляя за спиной крутые склоны, в которых море за сотни лет непрерывной работы вымыло бухты, заливы и фьорды. Со склонов на проплывающие корабли смотрели одиноко растущие деревья, кланяясь в приветствии, выбегали из редких перелесков дикие звери, почти тут же скрываясь вновь.
Унбарги веселились так, как могли веселиться только унбарги. Целый день на борту ”Георга18” не стихали песни, не утихали пляски. Люди пели, задорно смеялись и, не отрываясь следили за проплывающими вдалеке склонами. Радость заражала всех, будто болезнь, заставляя улыбаться даже самых серьёзных и расчётливых. Весь корабль походил на сборище маленьких детишек, получивших давно желанную игрушку.
Даная и Алия, не жалея ног кружили в танце, окружённые веселыми людьми, поющими и играющими на всяком хламе, приспособленном под музыкальные инструменты. Унбарги и унбаргки поддерживали, подбадривали, порою присоединяясь к заводному танцу, а потом исчезали в толпе, чтобы перевести дух.
Генри стоял на шканцах корабля рядом с Дарлином и с улыбкой на губах следил за радостью своих людей.
Вот Даная и Алия схватились за руки и закружились в очередном сводящем с ума любой желудок пируэте. Вот они расцепили руки и схватили робко стоящих парней, закружив их в танце. Проходит мгновение, и вот уже десяток унбаргов вливается в танец. Скрипят под ногами доски палубы, с невероятной громкостью звучат старые бочки, по которым музыканты выбивают ритм. Вот ветер подхватывает вверх голоса поющих весёлые песни певцов, унося их в сторону недалёкого берега, и с одиноко стоящего на краю склона дерева слетает стайка птиц.
Даная с Алией утаскивают в круг танцующих ещё с десяток парней и девушек, заражая их своей радостью и энергией, которая бьёт через край.
Вот присоединился к общему веселью грузный Филипп, и доски под его ногами прогибаются сильнее, чем под ногами танцующих рядом, грозясь проломиться и унести веселящихся в трюм. В воздух взлетают слова очередного куплета и танцующие подхватывают их, убыстряясь, хватая друг друга за руки и отбивая ногами ритм танца.
-Как хорошо, когда люди счастливы, - Дарлин стоял рядом, любуясь, как танцует его дочь. - Я всегда любил смотреть на неё, когда она так счастлива. А последнее время такая возможность выпадает чаще, чем обычно.