-Орлик, где ты? Я обошла весь корабль. Ты можешь быть только здесь. Не бойся, я не буду смеяться над тобой. Я не такая, как все они.
Бывший стражник теманоского дворца глубоко вздохнул и всхлипнул. Он не хотел сейчас говорить, а это был единственный способ дать знать о своём присутствии. Если уж встречать свою смерть, то не стоит откладывать свидание. Чем быстрее всё закончится, тем легче ему будет.
В глаза ударил свет масляного светильника, вырывая из темноты черты лица склонившейся над ним незнакомки. Копна огненно-рыжих волос, вздёрнутый носик, округлое лицо, пухлые губы и миндалевидные глаза уголками вверх. Если бы ему не было так тошно, он бы посчитал её достаточно симпатичной, но дела до окружающих ему сейчас не было. Он слишком рьяно ненавидел себя в этот момент.
А девушка присела рядом, скрестив ноги. Светильник она поставила на ближайшую бочку, положив пухленькие ручки на коленки, внимательно изучая паренька. На вид ей было лет двадцать, но мудростью своих карих глаз она могла поспорить с людьми, которые разменяли пятый, а то и шестой десяток. Ее взгляд будто пронзал насквозь, изобличая любую ложь, которую ей хотят преподнести.
«И куда я смотрел? – пронеслось в голове парня. – Несколько месяцев на корабле, а вижу её впервые».
Она сидела, не двигаясь с минуту, внимательно вглядываясь в глаза парня. Затем нежно смахнула слёзы с его глаз и, проведя ладонью по заросшей щеке, взяла его руку. Так они просидели ещё, а затем она заговорила своим мелодичным, успокаивающим любую боль, голосом.
-Я слышала о том, что произошло утром на палубе. Я пришла поддержать тебя. Я тебя прекрасно понимаю. Такая боль сама собой не отпустит, если ты забьёшься в угол, чураясь общества. Я понимаю, что те, кто остался наверху, не смогут помочь, но я постараюсь. Раздели со мной боль, и тебе станет легче.
-Да кто ты вообще такая? - злобно выдавил из себя Орлик. - Как ты можешь мне помочь? Иди отсюда, пока я и тебя не порешил. Мне теперь пути назад нет. Счёт жизням открыт. Одной больше, одной меньше. Мучения в посмертии от этого не станут сильнее.
-Выговорись, - она крепче сжала его ладонь. – Тогда, может, боль и отступит... Немного. В такие моменты злость помогает больше всего. Я знаю, проходила через подобное.
-Неужели? Ты так же, как и я, убивала ни в чём не повинного?
-Да. Я тоже убивала, - взгляд её посуровел. – Да, я тоже проливала кровь. Я отмывала её со своих рук, лица, плеч. Я так же, как и ты, забивалась в самый тёмный угол, давая ненависти съедать себя с потрохами. Я каждую ночь видела в кошмарах лицо того, кого лишила жизни. Но если ты будешь зацикливаться на этом, тебе станет только хуже. Этот парень сам избрал свою судьбу. Он знал, на что шёл. Он понимал и осознавал, что у него только один конец. Он мог избрать более безопасный путь, но решил рискнуть, а Орлон посчитал, что ему не суждено дойти до конца. Он виноват, а не ты.
-Но зачем надо было его убивать? Можно было просто запереть в трюме и не выпускать.
-Он вырвался бы рано или поздно. И смерть всё равно настигла бы его. Не сегодня, так завтра. Он перешёл нам дорогу. Он хотел помешать построить более совершенный мир. Мир без лжи и самозванца, что сейчас сидит на троне.
-Убийства никогда не помогут построить совершенный мир! Никогда!
-Порою это необходимо, Орлик! Каждый наш шаг сопряжён с риском. Мы должны быть сильными, чтобы победить.
-Почему именно я? Я не хотел становиться убийцей!
-Думаешь я хотела? Я тоже не желала этого, но тот, кто набросился на меня, не собирался оставлять мне жизнь после того, как вдоволь насладиться телом. Он шептал на ухо, что будет рад посмотреть, как я истекаю кровью, как мои глаза потухают.
-Но у тебя не было иного выбора. Это тебя оправдывает.
-Нет ничего, что оправдывает убийство. Ничего, - она подалась вперёд, и Орлик почувствовал аромат её тела. Аромат весенних цветов и морского бриза. - Но есть цели, ради которых мы обязаны идти на убийство. Если бы ты не убил его, король вздёрнул бы всех нас! Ты этого хочешь? Променять свою жизнь на его?
-Нет, - пролепетал парень, потупив взор. - Я хочу жить, но и он не должен был погибнуть.
-Но это свершилось. Так? Этого уже не воротишь. Зачем тогда лить слёзы по мёртвым? Ты ещё жив. Дыши, наслаждайся отмеренными тебе годами. Бери от этой жизни всё.
-Я жив, - прошептал Орлик. - Я дышу, но мне жаль.
-Это нормально. Даже когда мы убиваем тех, кто хотел убить нас, мы жалеем о содеянном. Но его жизни не вернёшь. Мы отдадим его Орлону. Он заберёт его и, может, наградит хорошим посмертием, если, на то будет воля Великого.