-За короля!
-Да здравствует король Генри 19!
-До конца!
Толпа пришла в движение, забила топорами и ножами по деревянным щитам, пытаясь сформировать хоть какое-то подобие строя, но затем начала расходиться подобно воде. Ополченцы отходили в сторону, пропуская идущих по направлению к королю. Это были настоящие воины - рыцари Унбаргии. Сердце Генри забилось от радости. Зрелище это воодушевило и его, и простых унбаргов, что вышли вместе с ним на смерть.
-С нами рыцари!
-Воины в наших рядах!
Над лагерем пронеслись радостные возгласы. Впереди идущий рыцарь подошёл к королю, остановился в паре шагов, поднял забрало, продемонстрировав испещрённое множеством шрамов лицо, и припал на одно колено. Его примеру последовало полсотни воинов, что он привёл с собой. Толпа вскричала ещё громче.
-Король Унбаргии Генри 19 из второй династии правителей! Я, рыцарь королевства, Вестар Сверкающий меч, клянусь, что буду биться до последней капли крови и сложу голову, если того потребует воля Великих Духов Стихий. Примете ли вы меня в свои ряды, король Генри 19?
Ещё ни разу в жизни Генри не слышал подобной фразы по отношению к себе. Фразы, которую обязан знать любой рыцарь. Фразы, которая должна показать, насколько он верен своему королю.
Правитель был рад услышать её, ведь это говорило о том, что они не одни в своей борьбе. Он не будет бросать на вражеские ряды неподготовленных, способных умереть в первые же секунды боя, ополченцев. Он знал, что ответить на речь рыцаря. Благо, его хорошо учили в Теманосе.
-Я, король Унбаргии, Генри 19 из второй династии правителей, принимаю тебя в свои ряды, Вестар Сверкающий меч, и всех, кто пришёл с тобой, - ещё не хватало выслушивать церемониальные фразы от всех пришедших рыцарей. Времени и так было в обрез. - Можете подняться на ноги, рыцари. Готовьтесь к бою.
В мгновение ока Вестар и остальные рыцари оказались на ногах, опустив забрала и выстроившись в идеально ровные шеренги, отдельно от ополчения.
-А теперь формируем строй и готовимся к бою! - прокричал правитель. - Мы должны продержаться как можно дольше! Не лезьте на рожон, не спешите! Чем позже мы вступим в бой, тем меньше людей потеряем! Вперёд!
Толпа подхватила крик короля, воины застучали своим оружием по щитам. Лишь унбаргские рыцари оставались бесстрастны, молча слушая приказ.
Шум и крики понемногу затихли, и толпа двинулась прочь из лагеря, формируя по пути боевые шеренги. Люди толкались, переругивались, выясняли, кто где должен стоять. Отправляли вооружённых копьями ополченцев то в первые ряды строя, то в последние. Благо, очень скоро нашлись более или менее опытные(либо сообразительные) унбарги, которые взяли на себя обязанности сотников и приступили к формированию более или менее сносного строя. Пусть не регулярная армия, но если верить Алире, то продержаться надо всего ничего. На это унбаргское ополчение силы найдёт, а если нет, то придется побегать от врага. Подобный приказ, король не сомневался, люди выполнят с особым усердием.
Шеренги понемногу выравнивались. Ряды ополченцев закрылись круглыми щитами, стараясь держаться как можно ближе друг к другу. Позади щитовиков встали копейщики, вооружённые заострёнными палками. Строй напоминал молодого, ещё не способного колоть своими колючками ежа, но для первого раза всё выглядело вполне сносно.
Около часа воины продержаться смогут, если не будут паниковать и ломать строй. На этот случай король занял место позади боевой шеренги, растянувшейся на приличное расстояние, чтобы подбадривать ополченцев. В случае паники будет сдерживать подданных как можно дольше, а если понадобится, то пустит в ход и оружие. У них за спиной лагерь, заполненный женщинами, детьми и стариками. Отступать некуда.
Отряд рыцарей отделился от основных сил, сформировав свою собственную боевую единицу. Генри поправил шлем, проверил, легко ли ходит меч в ножнах, а затем посмотрел на идущих перед ним воинов, чтобы оценить армию, с которой ему придётся идти в бой.
Зрелище было, мягко говоря, удручающее. Неровные шеренги разномастных бойцов могли вызвать лишь смех противника, а не его страх. Хоть ополченцы и старались изо всех сил, да и сотники равняли ряды, как могли, но до идеальных боевых шеренг было далековато. Если противником руководит опытный военачальник, то в мгновение ока поймёт, куда надо нанести удар, чтобы разбить унбаргский строй и обратить всех в паническое бегство. Генри всё больше и больше боялся за своих подданных, но отступать было уже слишком поздно. Оставалось надеяться лишь на чудо и решимость собственных воинов.