-Что это? – попытавшись взять себя в руки, чтобы голос не дрожал, спросил Генри.
-Еда, - задорным голосом ответила Алира, поставив рюкзак перед костром, открыв его и начав выуживать свёртки различных размеров.
Дрожь в теле и учащённое сердцебиение вновь вернулось. Чтобы отвлечься, воспитанник Деродиона начал изучать выуживаемые девушкой свёртки.
-Это, можно сказать, моя личная пещера, - произнесла унбаргка, загадочно улыбаясь. - У меня здесь свои запасы.
-Ты здесь часто бываешь? – Генри начал разворачивать первый попавшийся свёрток и, к его радости, в руках он держал приличный кусок вяленого мяса
-Последнее время -да. Слишком неспокойно становится рядом со Светлым лесом.
-Если верить рассказам да слухам, рядом со Светлым лесом всегда было неспокойно? – обронил Генри, взяв в руки нож и приступив к делёжке мяса.
-Не всегда так было, - вздохнула девушка. – Раньше всё было по-иному, Генри. И жизнь спокойнее, и места более приветливые. Всё началось давно, но по меркам Ардорина не так уж и давно.
-Всё течёт, всё изменяется, как любит приговаривать мой отец, - тёплая улыбка коснулась губ. Воспоминания согрели сердце, помогли справиться с дрожью.
Парень протянул девушке отрезанный кусок мяса и отсел подальше от разгоревшегося костра. Жар стал невыносимым. Пещерка прогрелась уже достаточно хорошо. Унбарг привалился спиной к прохладной стене, усевшись на сваленную у неё солому. Место Алирой было хорошо обжито.
-С этим не поспоришь, - внимательно посмотрев на Генри, произнесла девушка. Взгляд её вновь заставил сердце биться чаще. – Позволишь присесть рядом?
Воспитанник Деродиона кивнул, не в силах отвести взгляд от плавных движений девушки.
-Ты какой-то странный, Генри? - произнесла Алира, смотря в глаза парню.
По лицу её промелькнула тень, еле заметная, но кардинально изменяющая выражение лица. От живой и жизнерадостной девушки в это мгновение ничего не осталось. На её место пришла опытная, побитая жестокой жизнью женщина, знающая цену страданиям и печалям.
-С тобой всё в порядке?
-Да, - сглотнув, ответил парень. – Устал, видимо.
-Ага. Устал, - усмехнулась Алира, отправляя в рот кусок мяса. – Пока мы бежали, ты был собран, а стоило войти в пещеру, как тебя чуть ли не трясёт.
-Да всё нормально. Можешь не переживать.
-Я и не переживаю, - отмахнулась девушка, посмотрев на играющие языки пламени. – Я не глупая девчонка. Знаю, как ведут себя парни в обществе девушки, которая им приглянулась.
Генри аж подавился. Алира усмехнулась и протянула ему кувшин разбавленного водой вина.
-Промочи горло, друг мой, - жизнерадостно произнесла собеседница. – И попытайся взять себя в руки. На скромника ты не похож, а ведёшь себя как прыщавый подросток. Так зачем тебе надо было в Деродион?
-Меня там пленили, - обрадовавшись смене темы, ответил парень. – Я там учусь.
-Так ты рыцарь?
-Не совсем. Я туда не по своей воле попал. Точнее, я не был против, но меня не спрашивали, а лишь привезли и поставили перед фактом.
-И получается?
-Воспитатели не жаловались, - пожал плечами парень.
Генри привстал и, протянув руку, взял пару веток, лежащих у костра. Придирчиво изучив каждую, он выбрал ту, что приглянулась больше всего. Обломил ненужное и, достав нож поверженного воина, начал вырезать.
Подобное занятие всегда помогало ему расслабиться, забыться, выгнать из головы ненужные мысли, подобные тем, что роились в голове сейчас. Держа в руках нож того, кто хотел его убить, сын плотника только сейчас осознал, что намеренно лишил жизни человека. Пусть он и защищался. Пусть он и поступил правильно, ведь если не он, то его. Всё случилось, как случилось, но легче от того не становилось. Боль всё равно прорывалась, подгрызая сердце, пятная душу.
-Не плохо, - после затянувшегося молчания едва слышно произнесла Алира, будто страшась спугнуть музу Генри, совершенно не подозревая, что музой являлась она сама, – У тебя твёрдая рука. Видно мастера. Где научился?
-Отец научил, - снимая тонкую стружку, ответил парень. Нож был прекрасно заточен. Работа шла без проблем. – Он – плотник, и я им был когда-то. Готовился перенять семейное дело, традицию, но не срослось.
-Как так получилось, что сын плотника стал воспитанником Деродиона?
-Дело случая, - пожал плечами парень. Даже мягкий и мелодичный голос Алиры заставлял сердце учащённо биться, а язык то и дело прилипал к нёбу. Даже полное погружение в работу не помогало.
-Все мы лишь песчинки на бесконечном пляже жизни, - задумчиво протянула девушка. – Так любила говорить моя мама. Да и бабушка порой тоже. Это была их любимая присказка. Никогда не сомневайся, Алира, - едва слышно прошептала девушка. – Всё что делается, делается по воле его. Мы лишь инструмент в его руках и нашими руками вершатся судьбы иных, а наши судьбы зависят от рук их. Всё взаимосвязано. Одно проистекает из другого, и этот круг не разомкнуть. Если суждено чему-то случится, то этого не миновать.