-Мне жалко прощаться с тобой, Генри, - проронил рыцарь. - Ты стал мне сыном.
-Спасибо за эти слова, - произнёс принц и пожал своему наставнику руку. - Мы ещё увидимся. Я скоро вернусь в Деродион, как новый управитель.
Аролик ещё раз поклонился и удалился прочь. Лишь ему статус позволял не присутствовать на прощании.
-Нам пора, сын мой, - произнёс Георг, подходя к карете и залезая в неё. Генри и Филипп молча последовали за ним.
Громко взвизгнул хлыст, и карета, резко дёрнувшись, поехала, стремясь в Теманос. Пара минут, и она покинула Деродион, продолжая свой бег на восток. Мимо проплывали просторные, занесённые тающим снегом поля. Стоявшие вдоль дороги деревья начинали зеленеть. Из набухших почек пробивались молодые листочки, радующиеся солнечным лучам.
Дорога тянулась вдаль, рассекая просторное поле надвое, иногда плавно огибая поднимающиеся холмы. Иногда от главного тракта отходили неширокие тропки, упирающиеся в высокие замки, окружённые многочисленными домами. Чем ближе был Теманос, тем заселённее становилась округа - непреложный закон любого государства.
Карета короля Георга в сопровождении многочисленных телохранителей следовала в столицу, не заезжая в городки и деревни, во множестве встречающиеся на их пути. Простой люд, прослышав о проезде короля по этой дороге, выходил поприветствовать его и поднести дары.
За всё время пути ни один из унбаргов не проронил ни слова. Филипп в основном спал, спокойно посапывая.
Георг задумчиво изучал рукоять меча Закона, будто прощаясь с ним. В вечер, когда они провели у камина почти полночи, правитель обмолвился между делом, что по прибытии в Теманос, оружие должно перейти в руки наследника. Таков был обычай.
Наследнику же не было дела до того, что его судьба коренным образом изменилась. Он всю дорогу смотрел в пустоту. Первая волна радости, вызванная ожиданием чего-то нового и неизведанного, угасла, и вместо неё вернулись те чувства, что преследовали унбарга в первые дни пробуждения ото сна.
И снова в памяти всплывал последний день, проведенный с Алирой. Сердце начинало дико ныть, а руки тряслись, будто вновь прикасались к ее замерзшему телу.
Жутко хотелось кричать, но вряд ли его бы поняли, позволь он себе подобную слабость. Приходилось терпеть и мириться, пряча в сердце надежду на то, что однаждыон выйдет на пустынный берег Лучистого моря и будет кричать, кричать и кричать, выпуская боль, проклиная всех и вся, пока не охрипнет и не лишится сил. А затем он возьмёт меч, неважно какой, и вернётся в Светлый лес. Найдёт тех, кто посмел ее отнять у него и отомстит, убив всех до единого.
Генри стал засыпать. Но даже во сне он не мог забыться, так как его преследовали сплошные кошмары. Несколько раз за дорогу он просыпался в холодном поту, стараясь игнорировать вопросительные взгляды сидящего напротив него правителя.
-Теманос, мой король, - донёсся до слуха хриплый голос возницы.
Генри вырвало из забытья. Он посмотрел на радостное лицо Георга. Сколько продолжался их путь, вспомнить названный сын короля не мог, но был точно уверен, что больше двух дней.
-Наконец-то мы дома, - радостно проговорил Георг, сверкая прищуренными глазками.
-Наконец-то, - в тон ему ответил Генри, любуясь каменными стенами, окружавшими столицу Унбаргии.
Новые, совсем иные времена наступили, и путь назад для Генри закрыт навечно. Он сделал свой выбор.
Глава 5. Орел в клетке
Глава 5
Орёл в клетке
“Предавший короля, но достойный милости Великого. По слову его, по велению его, переданному одним из слуг его. Будучи верным сыном Всевеликого и его верным слугой, ходящим по бренной земле и всем сердцем верующим в него, приказываю наколоть на теле преступника пленного орла, дабы навсегда запретить ему появляться в столице и ближайших городах под страхом ссылки или же смерти”.
Георг Барг 19-ый носитель сего имени второй династии правителей.
-Теперь ты мой сын, Генри, - тихо произнёс Георг. - Не забудь про это на площади.
-Площади?
-Да. Мы следуем на главную площадь Теманоса. Держись, пожалуйста, подобающим образом.
Они не спеша подъезжали к городским воротам. Телохранители вырвались вперёд, разгоняя собиравшихся жителей. Охранники на воротах отсалютовали сверкающими в лучах восходящего солнца мечами. Карета въезжала в город.
Генри робко выглянул в окно и увидел скопившихся на обочинах дороги людей. Они кричали, размахивали руками, приветствуя своего повелителя, вернувшегося в столицу. А увидев выглянувшего наследника, люди закричали ещё громче и попытались ринуться вперёд, но их остановили вставшие стеной солдаты.