-Как раз интересующие вашу светлость страницы и вырваны. Вот.
Внушительный том лёг на стол перед парнем, и Лимия раскрыла книгу на нужной странице.
-Вот видите, - как бы невзначай подвинув подругу, вышла вперёд Орна, – Пару строчек про культ двенадцати в конце этой страницы, а следующие - вырваны.
Генри едва заметно улыбнулся. Его почему-то забавляло подобное поведение служанок. Будь они простолюдинками, а не девушками из высшего сословия, то давно бы вцепились друг другу в волосы, чтобы отбить у конкурентки даже мысль о том, чтобы ухлёстывать за объектом своего воздыхания.
-Видимо, кто-то очень хотел скрыть то, о чём в них говорилось, - окатив Орну презрительным взглядом, произнесла Лимия. – Так же и в нескольких других книгах
-Есть ещё одна про Дочерей Прибоя, - встряла Орна. – Но там страницы не вырваны, а залиты чернилами так, что они склеились и разорвать их, не повредив книгу, практически невозможно…
-Мы старались, но у нас ничего не вышло, - наклонившись вперёд так, чтобы наследник мог лицезреть умопомрачительное декольте, произнесла Лимия. – Может, что-нибудь и есть, но мы пока не нашли.
-Тогда бросайте это дело, - без сил упав на стул и оперевшись на спинку, махнул рукой Генри. Орна молниеносно оказалась за его спиной, принявшись мять напряжённые плечи парня умелыми руками. Лимия скрестила руки под грудью, с холодом смотря на подругу. Разминать уставшие мышцы она умела намного хуже темноволосой и поэтому не стремилась занять её место.
-Может, тогда вы отправитесь в кровать? – начав складывать книги, поинтересовалась служанка, неустанно бросая на подругу испепеляющие взгляды. – Распорядиться нагреть ванну?
-Будет неплохо, - борясь со сном, ответил Генри. – Спасибо, Орна. Моим плечам уже намного лучше. Мне действительно надо отдохнуть. Завтра вновь тяжёлый день.
-Не тяжелее предыдущих, - проворковала служанка, не переставая разминать плечи. – Вы справитесь, ваша светлость.
-Иного пути у меня нет, -со вздохом протянул парень. – Я дал слово. Пора идти.
* * *
-Разве это удар?! Что это вообще такое?!
Плечистый унбарг стоял, сложив на груди руки, смотря на Генри красными от гнева глазами. Вот уже третий час наследник унбаргского трона размахивал мечом, пытаясь одержать верх над невысоким стражником. И это после почти трёх десятков кругов по приличных размеров стадиону.
Сил у воспитанника Деродиона уже не осталось. Руки отказывались подниматься. Меч и щит, казалось, стали в три, а то и четыре раза тяжелее, да, к тому же, тренер был сегодня особенно суров. Обычно он не стремился загонять паренька до потери сознания, но сегодня, видимо, встал не с той ноги. Мало того, что бил сильнее обычного, так, к тому же, противника подобрал помельче, чтобы было сложнее нанести удар.
А стражник тем временем, видимо, боясь навредить наследнику и потерять своё место, полученное с таким трудом, бегал вокруг, не стремясь атаковать, а лишь принимая на круглый щит слабые удары.
-Что с тобой, парень?! - тренер рявкнул громче обычного и в мгновении ока оказался рядом со своим учеником. Стражник, тем временем, сделал пару резких шагов в сторону и опустил оружие. - Ты будешь сражаться или продолжишь танцевать?! Перед тобой не барышня! Перед тобой - враг, которого необходимо убить!
-Я устал! - вырвалось у Генри. Голос был до безобразия жалким.
-Враг не даст тебе отдыха! Он будет наступать, пока не победит! Хорошо, если перед тобой будет один противник, а если их будет десяток? Что будешь делать тогда? Поразишь пятерых, а потом взмолишься? Будешь кричать, что нуждаешься в отдыхе? Отвечай!!!
-Нет! - голос звенел сталью, но уж больно сырой, не закалённой, но учителю этого хватило.
-Тогда в бой! Докажи, что ты лучший боец в Унбаргии! Ты - будущий король! Ты обязан быть лучшим!
Учитель отскочил в сторону, а стражник встал напротив, изготовившись к поединку.
“Я - король, - гудело в голове Генри. - Я - не сын плотника! Я - наследник трона, воспитанник Деродиона! Я обязан стать лучшим, чтобы... - он обдумал причину, по которой он обязан стать лучшим. Долго думать не пришлось. Перед глазами заснеженное поле, дикая скачка, неописуемая ярость и ненависть, а затем остекленевшие глаза, милое сердцу бледное лицо и тонкая струйка крови, стекающая по нему. - Я обязан стать лучшим, чтобы отомстить! Вернуться в Светлый лес и выжечь всю заразу! Я отомщу за тебя, Алира!”
Он не видел себя со стороны, но судя по побледневшему лицу стражника, был ужасен в своём гневе. Сердце забилось сильнее, ярость поднималась в нём, захватывая в свои объятья. И плевать, что он забыл всё, о чём его учили ещё в Деродионе. Пусть он пошёл в атаку, наполнив своё сердце лишь яростью. Он обязан стать лучшим, а каким путём, уже не важно.