-Нам туда, - махнув рукой, произнёс Филипп.
Они покинули сад и оказались на мощённой красным камнем дороге, которая заканчивалась дверями королевского дворца. Оставалось совсем немного. Последние шаги в иную жизнь.
«Вот и происходит то, что мне предначертано, - подумал Генри. - Несмотря ни на что, я дошёл. Преодолел все препятствия и все повороты. Я докажу, что достоин назваться королём. Я стану таким, каким обязан быть король. Я докажу тебе, Рональд, что ты ошибался во мне».
Генри и не заметил, как оказался на пороге двери, которая вела в тронный зал. Филипп остановился и посмотрел на брата. Он медлил.
-Я готов, - произнёс наследник унбаргского трона, делая шаг вперёд. Младший брат открыл двери и в глаза обоим ударил яркий свет, отражающийся от полированных стен. Прямо напротив, на расстоянии как минимум двух сотен шагов, стоял высокий трон, на котором восседал король.
По краям от него стояли облачённые в полный доспех рыцари королевского полка – лучшие телохранители и самые опытные солдаты. Это были самые преданные правителю воины, как теперь знал Генри после занятий со своим учителем-старичком.
-Ты пришёл, сын мой, - произнёс Георг, когда дверь в тронный зал отворилась. - Я ждал тебя. Проходи.
Генри шёл вперёд, изучая тронный зал.
Стрельчатые окна, украшенные светло-голубыми шторами, гладко отполированный пол, поверх которого лежал узкий и длинный ковёр тёмно-зелёного цвета. Между окон, вдоль стен, стояли белоснежные, подпирающие свод потолка колонны. Исполнены они были в виде облачённых в доспех воинов с неестественно вытянутыми телами.
-Я пришёл, отец, - произнёс Генри, подходя к трону и становясь на одно колено. Так его учили приветствовать тех, кто стоит выше тебя, ещё в Деродионе.
-Я рад тебя видеть, - произнёс Георг, спускаясь со своего трона и подходя к поднимающемуся Генри, - Я долго ждал, когда ты будешь готов и, наконец, этот день настал.
Король подошёл и обнял своего названного сына.
-Пойдём со мной. Я покажу твои покои, где ты сможешь отдохнуть. Завтра, на рассвете, ты отправляешься в Деродион, где проведёшь столько времени, сколько я посчитаю нужным.
Генри лишь кивнул. С королем он всегда держал себя крайне сдержанно..
Они покинули тронный зал и направились дальше по коридору.
-Ты можешь идти, Филипп, - произнёс Георг, когда они, покидая тронный зал, проходили мимо младшего брата Генри.
Принц Унбаргии шёл рука об руку с королём и молчал. В голове его кружились мысли. Одна страшнее другой. Он старался держать себя в руках, чтобы не выдать окутавший его страх. Сейчас будущая ответственность всецело ложилась на его плечи, которые всё равно не были достаточно готовы. С детства ему внушали, что всю жизнь придётся повиноваться, хоть и против воли, но сейчас всё менялось.
Теперь он был принцем. Пройдёт совсем немного времени, и от него будут зависеть тысячи жизней. Он станет очередным правителем Унбаргии, и перед ним будут гнуть спину, а сам он уже никогда не склонит голову, ибо не будет никого, кто стоит выше.
Осознание этого пугало и одновременно пьянило его. И как вести себя в этой ситуации, сын плотника не знал.
-Я понимаю, что тебе тяжело, Генри, - произнёс Георг. - Ты не готов к такой ответственности, но я и не спешу бросать тебя в свободное плавание. Пока я - король, хоть мне и становится всё хуже и хуже с каждым днём. А когда я уйду, первое время тебе помогут. У меня достаточно помощников. Тебе лишь надо научиться быть жёстким. Многие захотят вонзить тебе нож в спину. Будь к этому готов. Твоё единственное спасение – это решимость и бесстрашие.
-То есть я должен быть готов убить?
-К сожалению, да, Генри. Я понимаю, что это сложно, но порой иного выхода нет. Мы пришли. Нам сюда.
Георг свернул налево и открыл небольшую, украшенную богатой резьбой, дверь. Король и его названный сын вошли в небольшую комнатку. Величественные полотна на стенах, пол из морёного дуба и непередаваемой красоты мебель: небольшой столик, просторная кровать и несколько стульев, обитых красной тканью, бликующей в лучах восходящего солнца. Из такого же материала были сделаны и шторы. Комнату не хотелось покидать.
-Это будет твоя спальня, когда ты вернёшься из Деродиона, - произнёс Георг, и голос его потонул в величии окружающей их обстановки. - А там, - король показал рукой, - выход на просторный балкон, откуда открывается вид на просторы Теманоса и его окрестности. Здесь ты проведёшь сегодняшнюю ночь, а завтра отправишься в Деродион, где и возьмёшь под своё крыло первую вотчину. Сейчас я оставлю тебя наедине со своими мыслями.