-Обещаю, учитель, - Генри посмотрел в глаза рыцаря и увидел в них слёзы. - Вы никогда не разочаруетесь во мне. Я обещаю. Я стану таким правителем, каким должен был стать Георг. И в честь меня на знамени Унбаргии появится девятая звезда.
И они замолкли и ещё долго не проронили ни слова. Просто сидели и смотрели на трепыхающийся в камине огонь. Не спеша пили вино, думая о своём. Заговорили лишь спустя час, и разговор их уже не касался ни послания короля, ни будущего Генри. Они вспоминали прошлое и смеялись, как дети, не думая о тех невзгодах, которые, вероятнее всего, ждут их впереди. Но путям их суждено было навсегда разойтись, хоть они об этом и не догадывались. Сейчас они думали лишь о настоящем, не задумываясь о будущем.
Наутро весь Деродион ожил. Проводить принца вышли все рыцари и ученики. Генри же был очень сильно разочарован тем, что он так и не успел заняться делами замка, хотя очень этого и хотел. Он желал изменить уклад жизни своего второго дома.
«Может, это и к лучшему, - промелькнуло у него в голове. – Мало ли какие проблемы могли возникнуть у меня на пути, хотя… Правитель не имеет права бояться и пасовать перед возникшими проблемами, иначе он уже не достоин называться правителем».
Все учили его, что он должен быть решительным и не отступать, чтобы ни случилось, но проверить себя Генри так и не сумел.
Принц осмотрел всех присутствующих и, завидев Аролика, направился к нему.
-Вот и настал момент прощания, - произнёс Генри, подойдя к своему учителю. – Мне будет вас не хватать. Ваших рассказов и советов. Но, надеюсь, мы ещё встретимся.
-Обязательно, - Аролик обнял наследника. – Спасибо и тебе за всё, что ты для меня сделал. Ты доказал мне, что я могу быть не просто бессердечным воином, но и человеком. Ты для меня как сын, которого у меня никогда не было. Будь достойным королём и докажи, что ничуть не хуже основателя второй династии. Буду рад тебе всегда. До встречи…
-Спасибо за тёплые слова, Учитель. Я буду помнить ваши наставления и никогда их не забуду. А вы будьте достойным управителем Деродиона и воспитывайте благородных рыцарей.
Аролик коротко кивнул и, развернувшись, ушёл, используя данное только ему право. Генри постоял с минуту, глядя ему вслед, а затем направился к своей карете. Перед ним и его свитой лежал долгий и нелёгкий путь.
Глава 8. Прощай отец
Глава 8
Прощай, отец
“Люби и оберегай родителей своих, ибо нет никого, кто будет так же сильно любить тебя, как они”.
Книга Великого. Глава 1. Абзац 2.
Погонщики торопили коней, как могли. Теманос показался на горизонте на утро третьего дня. Он всплывал в лучах восходящего солнца, будто гора. Генри посмотрел из окна своей кареты на высокие стены, возвышающийся верхний Теманос, блестящий в лучах восходящего солнца королевский дворец, и сердце его сжалось от боли. Его пугала неизвестность. Он даже представить не мог, что его ожидало там, за городскими воротами, на этот раз, но он принял решение идти по этому пути до конца. Сворачивать назад уже не было права.
-Как только окажемся во дворце, я отправлюсь к Георгу, - произнёс Генри, обращаясь к сидящим напротив Филиппу и Алие. Орна и Лимия дремали, утомившись за время поездки. – Мне есть, о чём с ним поговорить.
-Конечно. Сыну всегда есть о чём поговорить с отцом, - произнесла девушка, краям глаза поглядывая на сосредоточенное лицо возлюбленного.
Обычно, когда заводились подобные речи, младший сын плотника становился чернее тучи. На этот раз он пропустил слова мимо ушей, внимательно изучая светлеющую округу. Наследник лишь натянуто улыбнулся.
На этот раз прибытие принца прошло незамеченным. Никто не встречал карету. Люди спешили работать, не обращая внимания на то, что происходило вокруг.
Генри смотрел из окна кареты, и мысли не давали ему покоя. Как ни силился, он до сих пор не мог до конца смириться с тем, что очень скоро станет королём всего, что видел вокруг себя. Лишь Орлон ведал, сколько времени пройдёт, прежде чем сына плотника объявят королём Унбаргии, но день этот стремительно приближался. От этого наследнику становилось не по себе. Он держал в себе все опасения и сомнения, потому что никак не мог найти человека, которому мог бы открыться и поговорить об этом.
Алию он, честно говоря, побаивался. Кто знает, скорее всего, она лишь посмеётся над его мыслями, ведь она выросла среди королей и правителей, и для неё это, должно быть, непонятно. Филипп его не поймёт: его, похоже, радовала перспектива стать первым помощником будущего короля и дельного совета от него, вряд ли, дождёшься. С Георгом он вообще не видел смысла говорить. Что ещё мог посоветовать умирающий король своему наследнику, кроме как «правь, как подобает, и ничего не бойся».