— Ты перегибаешь палку!
— Ничего подобного! Князь требовал выдать ему мою личную служанку. Просто так! Еще и угрожал! И если бы мы пошли у него на поводу, то он бы понял, что у нас не только есть слабое место, но и отсутствует храбрость и готовность отстаивать свое мнение. Вот это — точно был бы урон нашей репутации. Сейчас — девка, а потом что? Земли у нас потребует? Или сразу — дом?
Сердечко девушки испуганно забилось. Она была права! Речь была о ней. Ее хотели забрать, и барин готов был пойти на это, если бы не ее господин. Роман Сергеевич, молодой барин, что уже спас ее от незавидной судьбы, заступился перед конюхом, в очередной раз защищает ее. Девушка сама не знала, чего в ней сейчас больше — запоздалого страха от прошедшей мимо беды, или восхищения от действий господина. В груди стало тепло. Ей нравилось, что молодой барин так ее защищает. А если… если она сможет стать кем-то большим для него, чем обычная служанка?
— Хватит! — рыкнул Сергей Александрович. — Так и скажи — влюбился в эту девицу. Ты рисковал нашей репутацией! А если бы ты ошибся? Лишь выставил бы нас в еще худшем свете. Может, — язвительно продолжил барин, — ты и жениться на ней удумал?
Пелагея замерла, как мышка, от прозвучавших слов. Неужели?..
— Нет, — твердо ответил молодой господин, обрывая все мечтания девушки. — Я не собираюсь на ней жениться. Для меня род — на первом месте.
— Ну слава богу! А то я уж посчитал, что ты чреслами своими думать начал, — облегченно выдохнул Сергей Александрович.
— Если бы это было так, я бы давно ее завалил и попользовал.
Слова Романа Сергеевича для Пелагеи отдавались болью. Возникшая иллюзия разбилась на осколки, возвращая ее в реальность. Действительно, с чего она вообще взяла, что сможет стать чем-то большим? У Зубовых наслушалась про то, что их дочь, Александра, вышла за простолюдина вопреки воле родителей? И решила, что Роман Сергеевич поступит также? Ох и наивная же она. Это девицы могут наплевать на семью и пойти по зову сердца, а мужики все хоть и кобели знатные, но терять свои привилегии ради бабы не станут.
— Если это все, что ты хотел узнать, то может, пойдем к семье? — после минутного молчания спросил Роман Сергеевич. — Мама обиделась, что ты так холодно с ней поздоровался. Да и братцы с сестрицей по тебе соскучились.
— Впредь — не смей больше вмешиваться в чужой разговор, коль тебя не зовут.
— Если я посчитаю, что из-за моего невмешательства будет нанес урон нашей семье — то не буду стоять в стороне. Ты и сам не раз успел убедиться, что я могу слушать и молчать, не встревая.
Дальше в комнате господина хлопнула дверь, и Пелагея поняла, что пора покинуть свое укрытие, пока ее не засекли.
Тут окно распахнулось как раз в тот момент, когда она пыталась привстать и пойти к крыльцу. Ставня ударила девушку по голове вскользь, вызвав у нее болезненный вскрик.
— Подслушиваешь? — раздался грозный голос Романа над головой Пелагеи.
— И-извините… — только и смогла прошептать она.
Я был раздражен. Неужели отец не понимает, что пойдя на поводу у Белова, подставляет всех нас? Когда он вышел, от разговора на повышенных тонах, впервые в этой жизни, мне стало душно. И чтобы провериться, я подошел к окну и открыл его.
— Ай! — раздался болезненный вскрик знакомого голоса.
— Подслушиваешь? — посмотрел я на девку, из-за которой все и началось.
— И-извините, — пропищала она, потирая ушибленное место.
— Что же ты такая бедовая? — вздохнул я горестно. — Значит так — будешь трепаться об этом разговоре, то вылетишь из личных слуг и больше заступаться за тебя я не буду! Поняла?
— Да, господин, — испуганно закивала Пелагея.
— И еще — если снова будешь подслушивать разговоры, без моего на то приказа, — тут же уточнил я, — выпорю. Не до смерти, как с Акимом вышло, но мало не покажется.
— Поняла, барин, — в страхе посмотрела на меня она. — Больше не повторится!
— Ну так иди, делами занимайся, — махнул я рукой.
Та пулей подскочила и убежала в дом. Немного подышав свежим вечерним воздухом и охладившись, я переоделся и вышел в зал. Там уже сидел отец с бокалом вина в кресле и курил сигарету. На меня он демонстративно не посмотрел. Мама прошла мимо него, окинув того беспокойным взглядом, и поманила меня рукой за собой в столовую.
— Что у вас случилось, что Сергей Александрович как грозовая туча сидит? — тихо спросила она, когда мы сели за стол.
— Князь Белов хотел у нас девку забрать. Пелагею. За просто так. Еще и угрожал, что слухи дурные пустит, если не сделаем, — не стал я скрывать от нее ничего.