– А что там есть? – спросил Кей.
– Да… Тоже самое примерно, – развёл руками мужчина, отчего наши с братом взгляды потускнели. – Зато очень бюджетно.
– Спасибо, мы подумаем, – поблагодарила я.
Когда нас оставили наконец одних в этой небольшой скромной комнате, Кей перестал сдерживаться. Сначала он матернулся пару раз по поводу шикарной обстановки, а затем выдал, негодующе глядя на меня:
– Одна мелкая кровать. Твою ж… Они думают, нам по пять лет?!
– Боюсь, они ни о чём таком не думают, – пожала плечами я. – Папе вообще придётся спать на диване в проходной гостиной.
– Если хочешь, я завтра поищу место в мужском общежитии, – предложил вдруг брат, потрепав себя ладонью по задней стороне шеи. – Будешь хоть высыпаться.
– Нет, что ты, Кей, – поспешила его заверить. – Я ни в коем случае не хочу, чтобы мы разделялись в этом странном городе. Нам лучше держаться друг друга. К тому же, – улыбнулась я, – вспомним старые времена, когда мы отказывались расходиться по своим комнатам.
В детстве мы с братом делали вместе буквально всё: спали, ели, купались. Я думаю, что и в туалет мы бы ходили вместе, если бы няня позволила. Мы играли в одни игрушки. Он – в мои куклы, я – в его машинки и наоборот. Мечтали одинаково и просили на праздники общие подарки.
Пока мы росли, у нас были общие компании и не было секретов друг от друга. Мы советовались по поводу друзей и симпатий к противоположному полу. Всегда были заодно. Если Кей чего-то не хотел, то отказывалась и я, а он поддерживал меня в моих решениях. Мы часто ссорились, конечно, но быстро мирились.
Помнится, школьный психолог однажды сказал моему брату, что так мы оба компенсируем отсутствие умершей в родах матери и недостаток внимания отца. Он настоятельно рекомендовал проработать этот момент, чтобы нам было легче избавиться от созависимости и вступить во взрослую жизнь.
Через месяц после этого заявления в кабинете у гения психологии перегрелся и вспыхнул компьютер, уничтожив все электронные карты учащихся, а занятия в тот день отменили из-за пожарной тревоги. В школьных новостях говорилось, что причина возгорания – электрическое замыкание. Мы с Кеем всегда отлично работали в команде.
– М и К навсегда, – я протянула брату мизинчик, вспомнив наш давний жест.
– М и К навсегда, – улыбнулся он и пожал меня за него, а затем указал на свободную стену напротив кровати. – Я всё же предлагаю что-то придумать. Думаю, около этой стены можно будет сделать мне постель.
– Ты уверен? Здесь как-то прохладно. Можно попробовать и на одной, – развела руками я.
– Ну, уж нет, – усмехнулся Кейтон. – Во-первых, нам действительно не по пять лет. С тех пор мы стали немного больше, знаешь ли, и вряд ли будем высыпаться на полуторке. Во-вторых, ты во сне пихаешься, – брат посмотрел на меня весело, а затем добавил. – И пердишь.
– Иди к чертям, – двинула его ладонью в грудь. – Будто я не знаю, как громко ты храпишь и бормочешь во сне всякие глупости, – начала передразнивать его голос. – О, Пэрис… Да, вот так. Целуй меня ниже, Пэрис…
На это брат закатил глаза.
– Ты бываешь грымзой, Мия, – воткнув в меня колкий взгляд, прищурился. – Пэрис – это удар ниже пояса. Пойду поищу что-нибудь вроде матраса или больших подушек, чтобы ты ко мне не приставала во сне.
– Ой, нужен ты мне больно. Не путай меня с Пэрис, братик, – рассмеялась я. – Иди, а я попробую соорудить тут какую-нибудь ширму.
– Это ещё зачем? – с усмешкой спросил Кей, прежде чем уйти.
– Чтобы я могла нормально переодеваться. С пяти лет у меня, знаешь ли, кое что выросло, – улыбнувшись, я пихнула его пальцем в бок.
– Чего я там не видел? – весело кинул брат, выходя.
Глава 3. Дух любовного романа
На первую «ночь» Кейтону удалось выпросить у Нанука два больших мешка с сеном, что остались от зимних заготовок, а также запасное бельё, одеяло и тоненький матрас, который он кинул поверх мешков. Я отдала ему одну из подушек с кровати.
Для ширмы мне не получилось найти ничего дельного. Кей сначала предложил использовать шкаф, но попытавшись сдвинуть его с места, понял, что эту старую рухлядь лучше оставить в покое. Вишенкой на торте в тот вечер оказалось то, что в доме не было туалетной комнаты. Дело в том, что в Уткиагвике не было привычной нам канализации. Из-за вечной мерзлоты трубы для подачи воды в этом городе прокладывались в специальных утеплённых магистралях над землёй, а сточная канализация отсутствовала вовсе.