– Иди на свою сторону, Кей! Ты ужасен! – рассмеялась я.
Он поднял голову над моей кроватью и принюхался.
– М-м-м… Чем это пахнет? – снова потянул воздух, нахмурившись.
– Чем? – посерьёзнела я.
Может, он тоже учуял исходящий от кровати запах Малика? Ведь мы находились в его бывшей комнате. Этой ночью мне казалось, что старый матрас и подушки немного сохранили его необычный запах, но я уговаривала себя, что это всего лишь мои глюки под впечатлением от вчерашнего вечера.
– Чем-то… Хм, – этот дуралей стал тщательно обнюхивать мою простыню, как поисковый пёс. – Занудством, Мия! – выдал наконец, лукаво улыбнувшись. – И ещё немного пердежом…
Ах, он..! На эти слова я легонько долбанула брата книгой по голове.
– Вали уже! – строго сказала.
Кейтон поднялся, усмехнувшись, а затем встал спиной перед моей кроватью и принялся обнимать себя, изображая объятия молодой пары:
– О, Роксанна, любовь моя! – он произносил имя героини из моей книги, водил руками по своей спине и причмокивал. – Ты самое драгоценное, что есть у меня…
– Кейто-о-н! – не выдержала я, на этот раз звонко рассмеявшись. – Прекрати!
– Ничего не могу поделать, – сказал он, развернувшись ко мне. – Кажется, в меня вселился дух любовного романа. О, Роксанна, свет очей моих! – потянул ко мне руки.
В брата тут же полетела его подушка, а он ловко её поймал и, рассмеявшись, скрылся за ширмой.
– Придурок, – по-доброму пробурчала я.
Через ещё несколько минут мой двинутый брат начал постанывать из-за ширмы своим низким голосом, изображая бурное продолжение у героев книги.
Решив, что это никогда не кончится, пока я дуюсь и одёргиваю его, я начала поддерживать этот нелепый стэндап:
– Нет, Маурисио, нет… Я не могу, – прошептала со всхлипом.
– Роксанна, любовь моя, я сделаю это нежно… – пыхтел за ширмой Кей.
В таком духе мы продолжали, периодически ухахатываясь, пока не дошли до высоких стонов в кульминации предполагаемой сцены из книги.
В ту минуту мы совершенно однозначно вели себя, как двое сумасшедших идиотов, но в нас играло то глубочайшее разочарование и напряжение, которое довелось испытать за последний месяц. Сначала от мысли, что нам придётся расстаться с друзьями перед самым выпускным, потом от внезапной новости, что мы едем в жуткое захолустье и что нас об этом никто даже не предупредил, и следом от факта, что несмотря на все надежды, это место оказалось именно таким. На десерт была подана странная, слегка пугающая семейка, в доме у которой придётся жить до конца недели.
Честно говоря, от всего этого хотелось сесть и зарыдать белугой, но слёзы я не любила, а Кей, по моим подозрениям, плакать и вовсе разучился лет с десяти. Так что мы оба просто нашли свой дурацкий способ спустить это дрянное напряжение.
Внезапно дверь в нашу комнату раскрылась, отчего мы оба разом умолкли. В проёме горбился Малик и рассматривал нас с каким-то диким и ошалевшим выражением лица.
Мамочки! Откуда он здесь?!
– Закрой дверь с той стороны, мы ещё не закончили! – попытался разрядить обстановку Кейтон, но парень из семьи эскимосов, кажется, юмора напрочь не понимал.
Он с минуту переводил сканирующий взгляд поочерёдно то на меня, то на Кея, лежащих в своей одежде по разные стороны комнаты, пока наконец не выдал:
– Не хотите проехаться?
Переглянуться с Кеем мы из-за ширмы не могли, поэтому я решила дождаться его ответа. Поступим так, как он решит.
Помолчав немного, мой брат бодро ответил:
– А давай!
Холодные мурашки побежали по коже, потому что в этом «а давай» не было ни грамма искренности. Сплошной вызов. Может быть, брат также, как и я, стушевался, что нас застукали за такой странной шалостью.
– Вам надо что-то закончить. Я буду ждать в машине, – коротко бросил Малик серьёзным тоном и гулко захлопнул нашу дверь.
Глава 4. Красота в сердце
Как только мы с Кейтоном снова остались одни в комнате, недоумённое молчание взорвалось нашим громким шокированным хохотом.
– А-ха-ха! Ты видела его лицо? – доносился смех Кея из-за ширмы.
– Блин, у него, похоже, случился культурный шок! – рыдала от смеха я. – А ещё, кажется, он совсем не понимает шуток…
– Да он дремучий, куда ему… – озвучил Кей, переведя дух от приступа смеха. – А, прикинь, он до сих пор не знает, что такое секс, и думал, что тут происходит убийство?
– Убийство произошло у тебя в голове, Кей! Мозги почили смертью храбрых, – продолжала смеяться я.
– О, нет, уважаемая Роксанна! – возразил брат. – Вы поддерживали все мои инициативы, а это значит, что в наших черепушках сдохли оба дуэлянта.