Мы позавтракали с папой, Нануком и Таалой. Я снова извинилась за отсутствие Кея, объяснив, что он приболел. Малика в нашей компании тоже не было, поэтому всё прошло спокойно. Папа даже попытался спеть вместе с эскимосами, что всех развеселило, потому что он не попадал в нужные ноты и интонации.
Пока было сложно привыкнуть к местной пище: специфические маринады, какие-то новые вкусы специй, рыба и вяленое китовое мясо. Я выбрала нам с братом что-то более похожее на привычную еду. Потом спросила, нет ли у Таалы курицы, чтобы приготовить куриный бульон.
Ничего такого в доме не было. Нанук объяснил это тем, что местные предпочитают промысловые продукты и редко ходят в супермаркет, потому что это выходит дороговато, но обещал заехать в магазин и купить заморозку специально для нас.
Выйдя из-за стола, они с папой засобирались на смотровую башню, а я осталась, чтобы отнести Кею завтрак и проследить, что он его съест.
– Я приду к вам позже, – сказала отцу.
– Ты разберёшься, как дойти?
– Пап, выключи гипер опеку. Башню видно из нашего окна невооружённым взглядом. Обещаю, по дороге я не стану заходить в бар, чтобы пропустить стакан бренди, – пошутила, а папа пощекотал меня в отместку.
Когда я вошла в комнату, Кей дремал. Пришлось будить его. Я принесла ему горячий чай и тарелку с едой и заявила, что буду стоять у него над душой, пока он всё не доест, а брат всячески пытался отшучиваться, давясь гарниром из какой-то необычной на вкус, но всё же более менее съедобной крупы.
Я также настаивала на том, чтобы Кей перебрался днём на нормальную кровать, но он напрочь отказался. Переживал, что заразит моё постельное бельё вирусом, который его одолел.
В ожидании, пока брат справится с завтраком, я решила нарисовать на своей стороне доски арктического волка, который так хорошо запомнился под утро. Примостила его под дерево, и картинка сразу заиграла живостью. Пусть этот волк будет моим ночным стражем.
Я вышла из дома примерно через час и уставилась на смотровую башню, что возвышалась за домом Нанука на расстоянии около километра. Идти в тундру по снегу… Где-то сбоку от обсерватории виднелась протоптанная тропинка, но обходить территорию, сделав лишний крюк, не хотелось. Тогда я перемахнула через хлипкий забор, прыгнув в сугроб, а затем побрела по диагонали в сторону тропинки.
Конечно, вскоре поняла, что идея была провальной. Мои кроссовки быстро набрали снега, а шнурки цеплялись за острую ледяную кромку, мешая идти. Когда я наконец достигла вытоптанной дорожки, то пришлось повозиться, чтобы избавиться от холодящих щиколотки снежных комочков.
– Стоило взять сюда скафандр, – ворчала себе под нос.
Я сняла один кроссовок и помахала им в воздухе, прыгая на одной ноге, но стоило посмотреть на горизонт, как заметила вдалеке большого оленя с размашистыми рогами. Он стоял, замерев, и присматривался ко мне, а я уставилась на него удивлённо, потому что никогда не видела этих животных вживую.
Карибу был очень крупным и красивым. Это определённо был вожак, и на секунду мне стало страшно, как он себя поведёт. Подождав ещё недолго без движения и разглядывая, как он шевелит ушами и хлопает своим небольшим хвостом, я успокоилась.
Спохватилась, что так и стою на одной ноге с кроссовком в руке, поэтому медленно пригнулась, надела его и принялась зашнуровывать. Вдруг в моё поле зрения влезла коричневая морда с чёрным носом. Я ощутила на руке поток тёплого воздуха от его выдоха, отчего взвизгнула, упала на задницу и подалась назад.
Олень возвышался передо мной, а я недоумевала, как он так быстро и бесшумно подошёл. Может, лёгкий ветер сдувал все звуки…
Чёрные глубокие глаза карибу казались инопланетными, в них белыми искорками отражалось яркое солнце. От испуга я зажмурилась и сжалась, не зная, чего ожидать от огромного дикого зверя.
«Господи, Мия! – твердила сама себе. – Такой момент! Не веди себя, как трусиха!» Когда решилась раскрыть глаза и оценить ситуацию, оленя уже не было рядом.
Я торопливо встала и обернулась по сторонам в надежде найти грациозное животное и снова обменяться с ним взглядами, но на этот раз горизонт был пуст. Это было очень странно. Очень. Вместе с тем, ощущения переполняли.
Настоящий карибу! Живой! И почти дал себя погладить!
Припустила бегом в сторону башни. Не терпелось рассказать об этом. И честно говоря, было страшновато от этих бесшумных эффектов и внезапного исчезновения.
– Папа-папа! – закричала, когда увидела его и Нанука около пристройки на территории башни. – Ты представляешь! Я видела карибу!
– Карибу? – нахмурился папа, и они с Нануком переглянулись.