– Ангук говорит, что антибиотики с зимы закончились, – сказал Нанук невпопад и вздохнул. – В больнице ждут поставку.
– У вашего сына осложнение на лёгкие, я бы рекомендовал перевести его в стационар, – ответил доктор.
– А можно без этого? – ворвалась в диалог я. – Неужели всё так серьёзно?
– И какие процедуры вы собираетесь делать, если антибиотиков нет? – хмурился папа, видимо, также не желавший помещать сына в местную больницу.
– Не слишком серьёзно на данный момент, – ответил доктор. – Необходимо сделать анализы и снимок. Вообще, учитывая, что развитие болезни нетипичное, я бы принимал решение по их результатам.
После этого комментария мы с папой не смогли не согласиться. Доктор Ангук забрал моего вялого брата с собой в больницу, оставив нас с папой ждать новостей.
За ужином мы снова сидели вчетвером с Нануком и Таалой. Но на этот раз эскимосы спели коротко и нехотя, а за едой мы все тревожно молчали. Через час к нашей радости Ангук вернулся вместе с Кейтоном. Они прошли в гостиную, а я кинулась к бледному брату в объятия.
– На снимке повреждения лёгких небольшие, – начал доктор. – Ему нужен постельный режим, хороший сон и регулярное питание. К тому же, Кейтон очень просился вернуться к вам.
– Когда меня стали уговаривать остаться, я сказал, что сдохну от тоски в этой незнакомой больничной палате, – прошептал мне на ухо Кей. – И что это будет на их совести.
Я двинула брата в грудь за грубость, но при этом улыбнулась, потому что была рада, что удалось избежать больницы. Этого нам для полного счастья ещё не хватало.
– Я вколол жаропонижающее, так что ночью должно быть полегче. Вернусь на осмотр завтра вечером, – продолжил доктор и достал из своей сумки большую банку, заполненную травами. – А это народное средство. Работает не хуже современных антибиотиков.
Мы с Кеем скривили лица, глядя на это, а старушка Таала буквально подскочила к банке, вырвала её у доктора и торопливо пошла в сторону кухни. Ангук поспешил за ней, приговаривая что-то на местном языке, видимо объясняя, как это заваривать.
– Видишь, волнуется за меня, – шепнул Кей. – Жена будущая…
Я во второй раз весело двинула брата, а затем повела его в комнату, передав доктору благодарности. Снова предложила поменяться кроватями, но Кейтон продолжал героически отказываться.
Вскоре к нам в дверь постучалась Таала и протянула Кею глиняную кружку, больше похожую на небольшой котелок по размеру, приговаривая что-то на своём языке. Брат принял у неё отвар и поморщился, понюхав его.
– Совсем гадость? – спросила я, когда эскимосская бабушка покинула комнату.
– Ну, на, попробуй, – улыбнулся брат, предложив мне кружку.
Отвар густо пах разнотравьем, но при этом в нём улавливались нотки болотной жижи, отчего становилось немного дурно. На вкус он был и сладковатым, и солоноватым одновременно, и всё с тем же оттенком тины.
– Очень даже ничего, – с улыбкой соврала я.
– Ага, вот сама и пей эту жижу, – засмеялся Кейтон.
– Кей, это же врач прописал, – воткнула в него взгляд. – Нужно через не могу.
Брат поёрничал ещё немного, а затем со вздохами выпил половину. Правда, через некоторое время торопливо вышел из комнаты. Вернувшись, морщился и утирал рот тыльной стороной ладони.
– Что случилось? – приподнялась я на своей кровати.
Кей молча отодвинул ширму, сдёрнул свёрнутый плед, который я примостила вместо штор, и раскрыл окно, впустив в комнату яркий свет и морозный воздух со стороны тундры. Затем он схватил кружку с остатками отвара и резко плеснул его за окно.
– Нахер! – сопроводил резким словом. – А бульон ещё остался? – спросил меня, вернув всё, как было. – Я готов есть всё, что ты скажешь, лишь бы не пить это дерьмо.
Глава 6. Китовый Содом
На этот раз ночью мне снился яркий кошмар. Я стояла снаружи, за домом, всматриваясь в полоску горизонта, что едва уловимо отделяла белую тундру от налитого свинцом, низкого неба. Его затянуло плотной серой взвесью из облаков. Казалось, они вот-вот осядут на землю в виде тумана.
Вдруг вдалеке появилось жёлтое свечение. Из маленького мерцающего огонька оно постепенно расширялось, превращаясь в яркий факел. «Это дух!» – думала я, стоя на месте в надежде повторить скомканную первую встречу с магическим существом из арктики.
С его приближением рисовались очертания оленьей головы и красивых размашистых рогов, но тело было человеческим. Долговязое и худощавое, оно производило жуткое впечатление и создавало диссонанс с тем, как быстро и ловко движется на меня существо.