– Иди сюда, – парень прервал повисшее между нами молчание и отошёл в сторону.
Он встал рядом с каким-то ведром, что стояло на деревянном столе, и подозвал меня жестом.
– Иди, не бойся.
– Что это? – с опаской приблизилась я. В ведре было налито что-то бордовое.
– Кровь из сердца кита, – Малик по-звериному склонил голову, будто я должна оценить.
– А-а-а… теперь ты подумал, что я захотела пить? – решила пошутить.
Парень шутку оценил, усмехнувшись.
– Дай руку.
– Зачем?
Он взял мою руку сам и ловко снял с неё перчатку.
– Малик, хватит играть со мной в эти игры, – начинала злиться, глядя как он сцепляет наши ладони.
От касания кожа-к-коже по телу пошли предательские мурашки, как бывало, когда дни напролёт думаешь об одном парне, и вот наконец он тебя касается. Ноги в коленях слегка дрогнули от ощущения, будто в животе кто-то спугнул сотни бабочек. Ох! Я не могла что-то с этим сделать – мне правда внешне очень нравился Малик, несмотря на какой-то первобытный страх, в который меня вгоняла его энергетика.
Тем временем, парень быстро погрузил наши руки в ведро так, что я даже не успела ни отдёрнуть свою, ни отругать его. То, что почувствовала, меня поразило. Густая, более вязкая, чем вода, и…
– Ещё теплая! – воскликнула я.
– Да… – улыбнулся Малик. – Она долго остывает.
– Боже мой… Это жутко, – прошептала я, осознав, что делаю.
Я продолжаю ему поддаваться.
– Вовсе нет. Это последняя живая частица кита. Ты ведь хотела с ним познакомиться, да Мия? – брюнет пронзительно заглянул мне в глаза, будто знал, с какими мыслями я сюда ехала.
Я замерла под густым бордовым взглядом. Карие глаза на фоне костровых всполохов были почти что цвета китовой крови. «Содом и Гоморра на минималках» – почему-то вспомнилась фраза брата.
Малик выпустил мою руку, а затем вытащил свою и встряхнул в ведро, после чего медленно поднес к моему лицу и вычертил остатками крови у меня на скулах две волнистых полосы.
Загипнотизированная его пристальным взглядом, я отмерла только тогда, когда он немного усмехнулся, довольно осматривая результат.
– Эй! – я слегка отпрянула, а затем вытащила из ведра свою щедро измазанную кровью руку и попыталась дотянуться до лица парня.
Вышло поставить ему большую красную точку на носу. Он стёр её чистой рукой, а потом посмотрел на свою ладонь и засмеялся. А я засмеялась за ним. Дальше мы окунали пальцы в ведро и в отместку пытались превратить лица друг друга в кровавую маску, случайно обрызгивая при этом одежду.
«Боги, что я делаю?! – билось в голове. – Почему мне это нравится?»
– Сегодня вечером будем отмечать поимку кита. Ты пойдёшь на праздник? – спросил Малик, протянув мне флягу с водой и бумажное полотенце, когда мы успокоились. – Со мной, – добавил он и манко улыбнулся, как только я приняла у него предметы.
– Ох… – я замялась. – Прости, я не могу, – покачала головой.
– Почему? – спросил с прямым взглядом.
– Брат болеет, я должна быть с ним. Мы друг без друга никуда, – высказала свою отговорку слегка виноватым голосом.
Честно сказать, глубоко внутри мне очень хотелось пойти с Маликом на праздник, и чтобы при этом брат остался дома и не докучал своими наставлениями. Эта мысль сильно пугала, потому что Кей был прав. С малознакомым юным охотником стоит быть аккуратнее.
– Хорошо, – сказал парень. – Тогда увидимся завтра. Будет Налукатаг.
– А это что? – спросила, обтираясь от крови кита смоченной в воде салфеткой.
При этом старалась успокоить дрожь, которая возникла от озвученного Малику отказа. Почему-то мне было физически неприятно от этого, будто я что-то сделала не так. В груди трепетал призыв: «Нужно было согласиться, Мия… Согласись! Иди с ним».
– Это фестиваль, на котором мы празднуем окончание китобойного сезона, – объяснил Малик. – Он проходит весь день. Будут блюда местной кухни на улице, а потом разные традиционные развлечения, песни, танцы…
Брюнет посмотрел на меня пристально, и в его глазах замерцал всполох надежды.
– Спасибо за твоё приглашение. Я подумаю, – поджала губы.
Малик на секунду застыл, разглядывая меня.
– Это не свидание, Мия, – сказал вдруг парень немного более грозным тоном. – Просто приходи, если тебе интересно.
Затем он подобрал с земли свои вещи и ушёл куда-то в толпу, оставив меня стоять у костра со сгоревшим китовым сердцем в полном смятении чувств. Я вдруг вспомнила, что так и не взяла у него интервью о поимке кита для своей статьи. Нужна ли она вообще?
***
В тот день после зрелища с китом по возвращении в дом не было ничего интересного. Я сходила в подсобку, чтобы отстирать куртку и толстовку от капель китовой крови. Поскольку куртка была расстёгнута, бо́льшая часть попала на тёмную кофту, поэтому никто ничего не заметил.