Письмо второе
Второе письмо.
Дорогая матушка. Я чувствую тебя рядом. Наверное, переутомление, или... что-то другое. Надо "окапываться" на новом месте. Кто знает, может я здесь и закончу свои дни. Но работать не хочу. А куда спешить? Здесь я полный хозяин и себе и роботам и, возможно всей Луне.
Надеюсь ты простишь мне временное бездействие. Знаю у тебе не было таких не только дней, но даже минут. Сколько помню ты всегда была в делах. Правда отец говорил в первый год на Голубой планете у всех сиусян были периоды ностальгии, когда работать не хотелось. Видимо такие моменты были и у тебя. А значит ты очень хорошо поймёшь меня.
Сегодня буду вспоминать.
Голубая Планета подарила мне жизнь, жену, детей. Всё закончилось печально. Виноватых нет, поэтому в своих воспоминаниях я никого не смогу обидеть. Близких, дорогих людей я не мог обидеть при жизни, а уж теперь и подавно. Но мне больно. А что, если своими воспоминаниями я ещё расцарапаю заживающую рану в своей душе? Как быть, матушка? Нужно ли в последний раз окунуться в полутысячную пропасть годов и навсегда забыть всё, а включить новую волну своего существования, будто ничего до сих пор не было? Вероятно, это правильно. Мне придётся бороться с одиночеством, если не смогу себя убедить в том, что это нормальный образ существования.
Пока роботы исследуют обратную сторону Луны, мне делать нечего. Могу писать долго и много. Спать и есть не хочется, вероятно организм перестраивается.
Ты помнишь, матушка тот день, когда мы узнали о революции среди коренного населения Голубой планеты. Карлики оказались весьма горячими созданиями. От их "разборок" порядком досталось и нам. Но я вспоминаю все эти события с трудом. В те дни я больше испытывал счастья, чем злость или страх. Вы с отцом дали своё "добро" на наш с Марией союз. Что ещё надо молодому человеку для удовольствия?
Мы ворковали, будто вокруг никого не было. Таёжные тропинки стали нам дороже терема. За эти дни я узнал о клонах больше, чем за всю предыдущую жизнь. Мария пела своим прекрасным голосом не только песни. Она напевала целые баллады. Ты, моя дорогая матушка, рассказывала мне когда-то чудесные сказки. Я любил слушать про разные "волшебности", как я будучи ребёнком говорил. В балладах моей певуньи не было ничего фантастического, но тем не менее они мне нравились также, как сказки. Во-первых Мария напевала такие детали, о которых я даже не подозревал. Например из её песен я узнал, что все девушки-клоны обладают невероятной интуицией, что они всегда сначала действуют, а потом осмысливают сделанное, и никогда не ошибаются. Этот феномен я позже проверил и убедился в правоте Марии.
Молодая жена заполнила собой и мою душу и всё моё время. Я даже не занимался постройкой своего жилища, поручил это сделать роботам. Они неплохо справились. Правда инженер-техник потом долго ходил сдвинув брови. Ему, видите ли не понравилось, что я отказался от его помощи. Мне не удалось поднять настроение нашему дорогому Теху даже заявлением, что строили ведь его "отпрыски", его создания. Кажется он даже ещё больше помрачнел от выражения "отпрыски". Что и говорить непросто жилось на этой планете сиусянам мужчинам, я имею ввиду Теха и Пова. Мужчина без женщины это ..., ну ты сама понимаешь. Ты ведь самая мудрая у нас... была. Впрочем мудростью твоей я пользуюсь до сих пор. Да, да, не удивляйся. Все советы своей дорогой матушки я выполняю , ни один из них не навредил ни мне, ни моим потомкам.
Вот тут начинается боль, поэтому продолжу в следующем письме.
Письмо трtтье
Третье письмо
Роботы обнаружили воду. Вода на Луне - очень кстати. Правда она ввиде замороженных гранул, но и это неплохо, разморозим. Таким образом исследование обратной стороны спутника дало неплохие результаты. Живых организмов мои механические друзья не встретили, что меня весьма порадовало - нам не помешают наладить здесь жизнь. Что и говорить, помогать тоже не будут. Ладно, обойдёмся... надеюсь.
Надо "окапываться" на новом месте. Робам хорошо - им не нужен кислород и перепад температур их мало волнует. Я - другое дело. Не хочу пугать тебя, матушка, но условий жизни для человека на Луне - никаких. Ты любовалась этим космическим красавцем с поверхности планеты, но на поверхности самого Спутника ничто не вызывает восторга. Высокие скалы вблизи и на горизонте образуют странную, слегка хищную картину. Они, как зубы гигантского животного вызывают желание либо убежать, либо обороняться, но уж точно не приближаться. А приближаться надо, не сидеть же на одном месте и разлагаться от безделия.
Для начала я устрою себе место обитания вне корабля. Оно же послужит мне убежищем в случае агрессии со стороны Спутника. Вот написал, так написал.... Не паранойя ли развивается? Какая агрессия со стороны безжизненных скал и пыли по колено. Приврал, извини, матушка. Пыль едва покрывает ботинки роботов. Что, кстати, странно. Атмосферы нет, ветра отсутствуют, кратеры от падения небесных тел повсюду, а пыли мало. Почему? Ладно разберёмся и с этим, не сейчас, разумеется.
Выйти из капсулы я не могу. Без специального костюма и кислородных сосудов с маской прогулка по Луне не представляется возможной. Буду искать супер компьютер отца. За всю жизнь я ни разу не прибегал к его помощи. Даже, когда отец предложил построить город для моего рода высоко в горах на другом краю Голубой планеты. Ты помнишь этот случай, матушка, потому что страстно отговаривала нас с папой от такой "безумной", по твоим словам затеи. Город я построил, но суперкомпьютер не понадобился. Всю работу сделали роботы. Наши автоматы мне больше по душе.
Я прыгаю от одной темы к другой. Вероятно Луна меняет привычки. За несколько дней я перестал узнавать самого себя - стал раздражительным, непоследовательным и ленивым. Смешная метаморфоза. На кого мне раздражаться? На роботов? Кто может оценить мою непоследовательность? Роботы? Как я определил, что ленюсь? Ну, это, пожалуй, сделать как раз легче всего.
Но продолжаю вспоминать. Мария, моя певунья каким-то непонятным способом определила место для появления и развития нашей молодой семьи. Однажды ночью, положив голову мне на грудь она тихо прошептала:
- Мы будем жить на вершине горы.
Я поцеловал её в лоб и со смехом спросил:
- Как орлы?
Моя жёнушка продолжила, будто и неслышала вопроса:
- Мы будем выше всех на планете и могущественнее. Сверху видно далеко. Ещё там легко мыслить, потому что ничто не отвлекает. На вершине горы можно думать о вселенной, о вечности.
Я решил, что это очередная тема для её песен, но нет, Мария настаивала:
- Только на вершине горы! Только там!
Я удивился.
- Разве тебе приходилось бывать в горах, Мария?
- Нет. Ты ведь не брал меня с собой на остров твоего отца, к пирамидам.
- Горы есть и в других местах.
- Конечно. Наши мужчины раньше добывали там золото. Но это не те горы.
- Признаться, я не понимаю тебя. дорогая моя мечтательница. Мысленно погружаться в предмет, которого никогда не видела и, о котором ничего не известно, могут только маги. А ты ...
Мария не дала договорить:
- Я всего лишь потомок клонов, - ты это хотел сказать?
Я смутился и промолчал. Мария продолжала, соскользнув с моего плеча на свою подушку:
- Но я не обижаюсь.