Выбрать главу

Она закатила глаза:

— Зви-ини.

Я взял свой рюкзак, стоявший у стены, и вместе с сестрой направился к выходу из игровой комнаты.

— Так что ты тут делаешь? — спросил я.

— Пришла забрать тебя. Ты что, не получил мамино сообщение?

Я достал телефон из кармана джинсов и увидел сообщение от мамы на экране:

ИДИ ДОМОЙ. ЕСТЬ НОВОСТИ.

— Что за новости?

Рэйчел снова хихикнула:

— А мне почем знать?

Я попрощался с миссис Лоусон и вышел из ЦМ. Стоял теплый весенний день. Оранжевый шар солнц садился за высокими деревьями, что росли по обе стороны улицы.

ЦМ в трех кварталах от нашего дома. Мы шли пешком. Рэйчел начала толкать меня своим рюкзаком, и когда ей удалось спихнуть меня с тротуара, она мерзко захихикала.

— Ты пришла из школы? — спросил я. — А почему так поздно?

— Меня оставили после уроков. Это не моя вина.

— Всегда не твоя вина, — сказал я.

Она тряхнула рюкзаком. Я отступил назад.

— Тебе что надо, Мистер Робот? Мистер Идеальный Робот? — отрезала она. — Ну так вот, я попала в беду.

— Да мне интересно, что там за новости у мамы, — пробормотал я.

— Твои настоящие родители с Марса за тобой прилетают, — сказала Рэйчел.

Я засмеялся. Иногда она такая смешная.

— Джексон, поможешь с заданием по математике? — спросила она.

Мы подождали, пока проедут двое ребят на великах. Деревья дрожали и покачивались на теплом ветру.

— Не могу, — сказал я. — После обеда нужно сходить к Штыку, помочь ему с проектом.

— Как же ты пойдешь к Штыку? — спросила она. — Думаешь, мама и папа отпустят тебя, когда ты не сделал домашку?

— А я сделал. — произнес я. — Я все сделал после уроков, еще в школе.

— А-а-а-а-аргх! — не своим голосом взревела Рэйчел. Схватив обеими руками меня за шею, она начала душить.

— Отпусти! Эй, отпусти! — смеясь, я пытался стряхнуть ее руки с горла.

На лице Рэйчел читалась ярость.

— Самый идеальный, что ли? — Она положила руку мне на макушку и взлохматила волосы. — Ха. Теперь не такой идеальный.

Через несколько минут мы вошли в дом через заднюю дверь. Мама сидела на столе. Она взглянула на нас поверх записной книжки.

— Что так долго?

— Джексон в школе набезобразничал, — сказала Рэйчел. — И его оставили после уроков.

Мама склонила голову:

— Я знаю, ты врешь, Рэйчел. Джексон не безобразничает.

Рэйчел бросила свой рюкзак к стене:

— А я не вру. Я шучу.

— Мам, я видел твое сообщение, — сказал я. — Что случилось?

— Так, у меня для вас новости, — отвечала она. — Я от вас избавляюсь.

4

Мы с Рэйчел засмеялись. Конечно же, мама шутила. Мы к ее чувству юмора уже привыкли, она все время пытается нас подловить.

Мама хотела быть стэнд-ап комиком после колледжа, даже выступала в ночных клубах. Для нас остается загадкой, как она стала банковским служащим. Папа говорит, что она самый веселый банковский служащий в Соединенных Штатах.

— Эй, не смейтесь. Я серьезно, — сказала мама. — Я от вас избавлюсь. На время. Вас пригласил дедушка Уитман.

— Ну не-е-е-е-ет, — заныла Рэйчел. — Он полный чудик. И я не выношу этот его страшный дом с куклами, игрушками и двинутыми коллекциями.

— Дай ему шанс, — сказала мама. — Может, он про тебя тоже думает, что ты двинутая.

— Не смешно, — насупилась Рэйчел. — В его доме все пугает. Ты же знаешь, что он собирает ядовитых пауков?

— Только ради закуски, — пошутила мама.

— А этот его жуткий дворецкий, Эдгар? — сказала Рэйчел. — Ходит по дому в своем черном костюме и говорит медленно. Прям из фильма ужасов сбежал.

Мама хохотнула:

— А ты себя видела утром, пока не причесалась? Жуть полная.

— Мам, не смешно, — огрызнулась Рэйчел. — Ненавижу его дом и все что в нем есть.

Ее передернуло.

— А по-моему дедушкин дом офигенный, — сказал я. — Обожаю его дикие коллекции. Рэйчел, помнишь шкаф с растениями-хищниками?

Ее снова передернуло:

— Дед хотел, что бы я положила руку в растение. Он больной.

— Да он тебя просто испытывал, — сказал я.

— Не просто, — огрызнулась Рэйчел.

Мама склонила голову на бок.

— Рэйчел, потому ты не можешь видеть во всем хорошее, как твой брат?

— Дык я ж человек, не робот, — ответила Рэйчел.

— Он твой дед и он любит тебя, — промолвила мама. — И ему одиноко, у него, поди, кроме Эдгара никого нет. И это всего неделя.

— Я готов! — сказал я. — Пари держу, у него крутые новые коллекции.