— Вот я и говорю спасибо, что помог с этими… ублюдками… справиться, — уже более твердым голосом ответила Ирина. Бледность с ее лица уходила, в глазах вновь появилась уверенность. Поправив юбку и куртку, она повернулась ко мне, лежащие в отключке несостоявшиеся насильники ее уже не интересовали.
— А ты ведь Радислав, староста четырнадцатой группы нашего потока и хороший друг моего старосты?
Я кивнул, а затем не уверенный, что в наступившей темноте Ирина заметила этот жест, сказал вслух:
— Да, меня зовут Радислав.
— И что же ты здесь делаешь в такое время, ведь живешь, кажется на другом конце города, в Дашках?
— Нет, это вы меня с кем-то путаете, я в центре живу. А сейчас иду в третью больницу, которая кардиологический диспансер, там и меня знакомый хирургом работает, позвал подежурить, — состряпал я быстренько правдоподобную историю. — А здесь самая короткая дорога.
— Вот и я здесь хожу, потому что эта дорога самая короткая. Просто из-за сегодняшней затянувшейся лекции пришлось идти, когда начало темнеть, вот и случилось то, что случилось. Обычно здесь спокойно.
— Ничего себе спокойно! — запылал я праведным гневом. — Четыре головореза на одну девушку. Когда стемнеет, нужно ходить по хорошо освещенным, людным улицам, а не по подворотням.
— Да я живу тут рядом, а обходить в пять раз дальше, поэтому и пробегаю тут быстренько. До сегодняшнего дня все было хорошо. — Тут Ирина замолчала, уставившись в землю. — Спасибо тебе, я бы этого не перенесла, — сказала она тихим голосом.
— Забудь, — прервал я уходящую в самокопание девушку. — Пойдемте лучше отсюда, это не самое хорошее место для беседы. Пойдемте, пойдемте, — поторопил я вновь загрустившую Ирину, легонько беря ее за плечо. Девушка не сопротивлялась. — Я провожу вас до дома, что-то страшновато оставлять одну после такого.
После того как мы покинули переулок и прошли десяток метров, я остановился, не зная дороги.
— Куда идти?
Ирина посмотрела на меня, выражение лица у нее вновь было осмысленное, затем, слегка улыбнувшись, взяла меня за руку, ее плечо к тому времени я уже отпустил, и куда-то повела.
— Радислав ты меня извини, я сильно растерялась, со мной такое впервые. Да, приставали, предлагали всякую гадость, даже угрожали, но такое — действительно впервые. Еще раз спасибо! И, пожалуйста, не выкай, мы с тобой ровесники. — В этот момент я чуть не засмеялся, ха, ровесника себе нашла, столетнего мужика. — Так что давай на ты.
Впереди показался новый дом из разноцветного кирпича. Высокий забор и ворота с охраной позволяли отнести его к элитному. Судя по-всему, к нему мы и направлялись, держась за руки.
— А вот и мой дом. Я же говорила, живу недалеко.
Я не стал лукавить и спросил Иру в лоб:
— Судя по этому дому, девушка ты не бедная, почему же нет личной машины, или скажем водителя?
— Водитель мне на фиг не нужен, очередной потенциальный ухажер, а права я получила сразу после восемнадцатилетия. Папа мне машину подарил, она там, около дома стоит. А если честно, ездить я не очень люблю, да и воображать перед одногруппниками не хочется, наверняка московской выскочкой назовут.
— Вот глупости, какие. Между прочим, у нас полпотока дети богатеев, многие вообще учатся платно, просто не все еще правами обзавелись, а то давно бы разъезжали на тачках.
— А у тебя машина есть?
— Есть, дядя подарил.
— Что же не ездишь на ней, а?
— Тоже прав нет, — нашелся я, — не охота еще и а автошколе учиться.
— Зря, надо учиться!
— Знаю, уже записался, через две недели начну, — врал я на ходу. — Вот мы и у твоего дома, за ворота меня, наверное, без пропуска не пустят.
— Со мной пустят!
— Ирин, теперь ты меня извини, но я тороплюсь. Закроют больницу, я к другу не попаду, а мы уже договорились.
По моему она явно обиделась, но виду постаралась не показать.
— Хорошо. Спасибо за помощь и за то, что проводил.
— Да не за что, я побежал!
Быстро развернувшись, я скрылся в темноте. Ирина еще какое-то время постояла, смотря мне вслед грустными глазами, а затем скрылась во дворе дома. Убедившись, что ей ничего не угрожает, обернулся туманом и полетел домой.
Эта неделя оказалась не простой, так как в среду предстоял коллоквиум по биохимии, но только не для меня. С этим предметом я проблем не имел, потому что уже не раз изучал его на своем учебном веку. Однако все нервничали, создавая в целом не совсем радужную атмосферу, это передавалось и мне. Сам коллоквиум также проходил в гнетущей обстановке, что не добавляло студентам настроения. Я пошел отвечать первым. Вредная преподша явно пыталась меня посадить, понятно куда, в лужу полную дерь…, только у нее ничего не получалось. Я без особых проблем и раздумываний отвечал на все ее вопросы, при том максимально полно, чем явно поразил не только свою группы, но и нашу крашенную мымру. Влепила она мне хорошо, не смотря на то, что биохимию я стопроцентно знаю лучше ее. Меня это не расстроило. Из остальных моих одногруппников сдали только двое, на тройки, оставшиеся благополучно засыпались, кому-то из них помогла в этом преподша. Все ребята из нашей компании с коллоквиумом справились, поэтому на пятницу уже была запланирована пьянка, это дело надо было обмыть.