Слава долго приходила в себя.
Сначала с час сидела в ванне. Набирала воду, та остывала, тогда девушка снова включала кран. И плакала. Успокаивалась и снова плакала.
Он не тронул её…
Мог.
Но не тронул.
Но он…
Не её человек, понимаете?
Не её.
Или… её?
Откуда ей знать, кто предназначен Судьбой? И почему после очередной поездки к шаманам дедушка начал постоянно вести разговоры о Ковалях?
Воскресенье Слава провела, забаррикадировав дверь и отключив телефон. Она не помнила, ела ли вообще. Вроде бы чай пила с печеньем. Ничего другое не лезло в горле.
Вечером в доме начала уборку сама. Никто не уберется так, как хозяйка! Ни одна клининговая компания! Она драила всё, что видела. Чистила, протирала, отправляла в стирку. Когда дошла до кухни, села на пол и долго смотрела на стол.
Иван не тронул её… ушел…
В понедельник Слава позвонила в универ и сообщила, что заболела. Какую она будет потом предоставлять справку – не думала. Не до неё. Придумает что-нибудь. Или не будет. Ложь ей всегда плохо давалась. Девушка ненавидела ложь и, когда приходилось изворачиваться, ненавидела себя за это.
Но иначе в эти дни Слава не могла.
Во вторник всё же вышла на учебу. Её отправили домой сами преподаватели.
– Ставрис, отлежись. В пятницу позвонишь и скажешь, как себя чувствуешь.
Как она себя чувствовала?
Хреново.
К тому же, стало ясно, что Иван убил Анатолия. Слава до последнего надеялась, что он его ранил, что тот в больнице.
Нет. Убил.
По её вине…
Вот от этой мысли её организм взбунтовался. Никто не заставлял Анатолия проникать к ней в дом! Вооруженным! Если бы он не навел на неё пушку, какова вероятность того, что Коваль выстрелил бы? Минимальная.
И всё же произошло убийство. И это… угнетало, давило, раздирало Славу изнутри.
Она спрашивала себя: а если бы Толя выстрелил? В неё? А что было бы, если бы Иван не пришел?
На этих вопросах она запретила себе думать о случившемся. Иначе сойдет с ума.
Было сложно заново учиться по утрам открывать глаза и принимать новый мир. Прежним для Славы он никогда не будет.
Она связывалась с девчонками, Наташа попыталась прикольнуться, что красавчик-олигарх бросил Славу. Слава скинула вызов. Ната перезвонила.
– Прости, бес попутал. И зачем сразу сбрасывать? Что за дурная привычка? Я, между прочим, могу и не перезвонить! А если серьезно… Слав, ты, конечно, у нас с прибамбасами и немного не от мира сего, но ты клевая! Так что не расстраивайся, перезвонит тебе твой красавчик и приедет. Лекции сейчас кину на мыло.
Иван не звонил и не приезжал.
Наверное, это правильно. Он подумал и принял решение, что им не по пути. Почему тогда так больно, точно тысяча демонов, восставших из ада, сдирали со Славы кожу живьем? Она пыталась учиться, пыталась читать. Выходило плохо.
Несколько раз брала в руки телефон и вертела его. Открывала, перечитывала их недолгие переписки. Коваль предпочитал звонить.
Неделя тянулась бесконечно долго. Девчонки снова в субботу позвали её в клуб, и снова Слава отказалась.
Она не хотела никого видеть. И улыбаться сквозь слезы, через силу тоже не хотела.
Кто-то умеет боль и отчаяние снимать весельем, пускаются во все тяжкие, заливают в себя алкоголь. Первый день, второй. И в какой-то момент боль притуплялась, отступала. Слава не относилась к числу таких людей.
В субботу она приготовила вкусный компот, выбрала книгу, перетащила на веранду кресло-качалку и отыскала клетчатый плед.
В доме было две веранды. Одна располагалась за домом, имела выход с кухни. Обычно Слава предпочитала её. Тишина внутреннего дворика располагала к душевному спокойствию.
Сегодня пришлось изменить обычному распорядку. Воспоминания о горьком поцелуе Ивана, случившемся на кухонном столе, бередили Славу. Ей же необходимо немного забыться. Поэтому пришлось выбрать меньшую веранду. К тому же выход на неё шел из библиотеки, что тоже было удобно при выборе литературы. Если не зайдет одна книга, Слава выберет другую. Правда, столика на этом балкончике не было, она убрала его с год назад. Девушка решила, что обойдется и небольшим пуфиком. Для удобства много не требовалось.
Компот поставила на порог.
Вечерело. Накануне прошел дождь, забрав с собой дневной зной. Поэтому старый видавший виды плед оказался как нельзя кстати.
Слава плотнее укуталась в кофту, открыла книгу и погрузилась в вымышленный фэнтезийный мир. Прочла несколько глав, но от чтения её оторвал звук резко тормозящего автомобиля, с юзом и с поднятием пыли и гравия.