— Сколько надо?
— С дюжину.
— Слишком большой риск, Herr Post, — сказал Музалев.
Станислав ответил, что берет это на себя. До темноты еще часа четыре. А четыре часа — куча времени. Вполне достаточно, чтобы всех заменить. Лишь бы Музалев привел людей. И пусть они укроются поблизости, в бане или уборной, безразлично где, но чтобы могли явиться по первому же зову. Музалев отправился выполнять задание. Через полчаса пленные возобновили свое шествие с бревнами через территорию кухни. «Подменщики», то есть надежные ребята, работавшие в расположении лагеря, незаметно присоединялись по одному к команде носильщиков, пополняя ее постоянно тающие ряды. Они заменяли тех, кто, проходя через кухню, внезапно исчезали в прилегающем к ней дровяном складе. Станислав громко считал входящих. Но это был только первый этап. Затем следовало дать им возможность перейти на территорию разборки.
Под вечер, остановив на минуту движение, Станислав подозвал Вагнера. Тот до сих пор стоял за ограждением, между кухней и конюшнями, и осипшим, сорванным от крика голосом подгонял носильщиков. Альтенберг предложил ему поменяться местами. Пусть немного постоит здесь, в воротах, и посчитает входящих и выходящих, а он займется теми, кто по ту сторону. А кроме того, ему хочется заглянуть на кухню. Там всегда есть, чем поживиться. Только прояви находчивость. Вчера, например, обломился кусок баранины с чесноком, которую жарили для комендатуры. Сегодня, кажется, готовят свинину. Наверняка что-нибудь для них припасли. Бруно понимающе осклабился. И встал у ворот в ожидании конца обеденного перерыва. Станислав прошел на кухню. Работавшие там женщины готовили ужин. Две из них резали раскатанное на длинном столе тесто. Альтенбергу показалось, что они трудятся старательнее, чем обычно, словно желая отвлечь его внимание от дверей дровяного склада, где за поленницами пряталась уже добрая дюжина пленных. Тут же из котлов выпустили лишний пар, и кухня уподобилась бане. Прошел старший повар — немец в белом халате и форменной пилотке. На какую-то долю секунды Станиславу почудилось, что тот намеревается свернуть к дровяному складу, и его бросило в жар. Нет, проследовал дальше. Одна из женщин, резавших лапшу, наклонилась, достав откуда-то два объемистых свертка, положила на край стола. Станислав мимоходом ловко сгреб их и рассовал по карманам. Возле огромного котла, из которого валил пар, он наткнулся на истопницу. Они встретились взглядом. В ее глазах был почти ужас. Лишь она одна знала доподлинно, что сейчас творилось в дровяном складе. Руки ее дрожали от волнения. Она прищурилась, давая ему понять, что пока еще все в порядке, и с чрезмерным усердием снова принялась ворошить кочергой пылавшие в топке поленья. Успокоенный, Станислав вернулся к Вагнеру.
— Все нормально, — сказал он. — Можем начинать.
Бруно отсчитал и пропустил на кухонный двор десять человек, перепоручая их уже Станиславу. Прежде чем они вышли на дорогу, ведущую к конюшням, Альтенберг бегло пересчитал их. Двенадцать! Он даже не заметил, когда присоединилась лишняя пара. Погнал команду бегом к полуразрушенным строениям. Потом Станислав видел, как носильщики с бревнами на плечах косились на эту сверхкомплектную пару, когда она полезла в кучу старого толя, сорванного с крыш.
— А ты, Музалев? — спросил он, когда уже последний беглец затерялся в темных недрах конюшни.
Музалев покачал головой:
— Для меня не хватило подмены. А в команде все должны быть налицо. — Он вымученно улыбнулся.
Было ясно, что ему приказано остаться здесь. В лагерь он возвращался несколько приунывший. Впрочем, как и остальные. Помогли товарищам обрести свободу, а теперь волокли обломки разобранной конюшни с тоской и отвращением.
В тот вечер поверка тянулась более двух часов. Пленных пересчитывали до бесконечности. Старшины бараков, взбодренные комендантом, снова и снова перетряхивали жилые помещения и, возвращаясь бегом на плац, докладывали, что никого там нет и все до одного присутствуют на построении. Майор фон Графф не находил себе места от бешенства. Как все?! Недоставало шестнадцати человек. Шестнадцать человек вдруг испарилось! Куда они делись? Никто не мог ответить на этот вопрос.
— Команды возвратились в полном составе, — докладывал начальник караула. — Сегодня не было ни одного побега.
Этот доклад привел коменданта в исступление.
— Я не спрашиваю, были ли побеги! Меня интересует, где эти шестнадцать! Не растаяли же они от дождя. Команды в полном составе… Это еще хуже! Значит, им удалось выбраться из лагеря. Что в это время делали часовые?! Спали или были пьяные?! Тут, вероятно, есть подкоп. Не могли же они перелететь через проволоку!