Затем она сняла с пояса маленький кожаный мешочек, открыла его и достала несколько медных монеток.
— Возьмите, пожалуйста. Это всё, что у нас есть. Девушке больше нечего надеть.
— Не беспокойтесь, — ответила Люсьен, принимая монеты. — Я постараюсь исправить всё, что смогу. Надеюсь, у меня найдётся подходящая ткань.
Склонившись над тазиком, мама принялась перебирать бельё, тщательно изучая каждую вещь.
— Если нужной ткани не окажется, завтра муж с сыном отправляются в Волшебные сады и купят всё необходимое, — добавила мама, не отрывая глаз вещей.
Эти слова заставили меня вздрогнуть. Уже завтра мы отправляемся в город?! От неожиданности я чуть не подавился остатками лепешки и поспешно схватил стакан с молоком. Горло защипало, и я сделал пару больших глотков. Молоко, тёплое и приятное, плавно стекало в живот, наполняя меня ленивой тяжестью. Вопрос о том, чем заняться сегодня, висел в воздухе. Гулять в такую погоду не хотелось, возможно, стоит поспать? Однако сегодня было идеальное время, чтобы посвятить себя учёбе. Письменность и чтение — вот что действительно важно. Решено, займусь этим!
Тем временем Тори продолжала сетовать:
— Не понимаю, где она умудрилась порвать платья и собрать столько репейников! В огороде их нет! Я велела ей сидеть дома, но уверена, что эта леди бегает на улице, когда все ложатся спать.
Они с мамой сидели рядышком, по очереди осматривая проблемные участки на платьях Евы. Я старался не смотреть в их сторону, опасаясь, что мой взгляд выдаст меня. Мама, конечно, догадывалась, кто стоял за этими проделками, но ничем не показала своего подозрения. Более того, я уловил на её лице заговорщическую улыбку. Мы союзники. Мы друзья. Она всегда на моей стороне, независимо от того, какие шалости я устраиваю. Эти мысли согрели душу, наполнили меня теплом и уютом. Допив молоко, я поднялся со стула и направился в комнату, аккуратно обходя двух женщин, погружённых в обсуждение нарядов Евы.
Под моей кроватью лежала забытая книга. Я забросил её туда после нескольких неудачных попыток прочитать, и с тех пор она покрылась толстым слоем пыли. Прошло немало времени, и мои навыки чтения заметно улучшились. Встав на колени, я потянулся к ней, сунув голову под кровать. Толстая зелёная обложка книги была покрыта пылью и паутиной. На ней притаился огромный паук, который, заметив мою руку, угрожающе поднял лапки.
— Пошёл прочь! — прорычал я, смахивая паука в сторону. Пальцы ухватились за угол твёрдой обложки, и я вытащил книгу наружу. Поднявшись, подошёл к сундуку и устроился так, чтобы слабый свет из окна падал прямо на книгу. Глубоко вдохнув, я сдул густую пыль и остановился взглядом на названии. Красными, витиеватыми буквами было выведено одно-единственное слово: «Вампиры».
Краем глаза заметил черного паука на полу. Он выполз из-под кровати, в поисках пропажи. Я с силой топнул ногой и насекомое поспешно ретировалось обратно в укрытие.
Эта книга оказалась в нашем доме очень давно. Люсьен, если не изменяет память, привезла ее с города. Она ездила за очередными тканями для своей работы и приобрела книгу в лавке, где продавались различные амулеты и обереги. Они с Генри читали ее по вечерам у окна, когда я сладко спал в своей комнате. Я слышал отрывки, помню даже некоторые события, которые в ней происходили. А еще мне запомнились слова отца. После прочтения книги он сказал в пол голоса: «Видишь родная, вампиров не существует. Все будет хорошо».
Позже я стащил книгу с отцовской комнаты и сам пытался прочесть. После нескольких неудачных попыток, забросил ее под кровать. Теперь пришло время вновь вернуться к этим страницам.
Открыв книгу, ощутил резкий запах старой бумаги и плесени. Словно невидимая рука, он коснулся моего носа, а затем безжалостно забрался внутрь, вызывая неприятные ощущения. Я поморщился, но затем сосредоточился на содержании. Я начал пробегать глазами по строчкам, цепляясь за причудливые буквы. Мозг напряжённо работал, превращая текст в знакомые и незнакомые слова. Губы шевелились, повторяя звуки, иногда я останавливался на сложных словах, разочарованно возвращаясь назад, чтобы уловить смысл.
Осилив половину страницы, почувствовал удовлетворение. Дальше пошли слова, которые и вовсе не знал, и смысл ускользал. Переворачивая страницу, я читал отрывочные предложения, пытаясь составить из известных букв и слов хоть какую-то картину. Единственное, что мне удалось чётко понять, — не все вампиры боятся дневного света и у них есть клыки. Машинально провёл языком по зубам, проверяя, не стал ли я вдруг похож на одного из них. К счастью, мои зубы оставались обычными, человеческими.