– Вы правы, – внезапно мне пришла в голову мысль. – Я все неправильно поняла и буду ночевать в сестринской. Вы же можете вызвать меня кнопкой экстренного вызова. Спокойной ночи, Потап Михайлович, – задрала я подбородок и направилась на выход.
– Спой, – тихо, но веско сказал Верный. – Ты не можешь уйти, ведь я самый больной в мире человек, – передразнил он героя из мультика.
– Вам торт или варенье? – развернулась на каблуках и посмотрела в глаза пациенту.
– Блинчиков, с джемом клубничным, – не открывая глаз, ответил Потап.
– Ага, щяз! У тебя после моих блинов температура скакнула! Не дождешься больше! – сложив руки на груди, проговорила я.
– Ну Кать, я есть хочу. Я же мужчина, – улыбнулся завораживающей улыбкой он.
– Ага, в самом расцвете сил! – поддакнула я.
– Мой любимый мультик, – серьезно смотря на меня, произнес мужчина.
– Потап, давай спать, я действительно очень устала, – зевнув в кулак, сказала я.
– Давай, – ответил он и отвернулся к стенке.
И все? Вот так просто? Странный он какой-то.
– Екатерина Васильевна, мы принесли вам кресло, – шепотом проговорил появившийся в дверях санитар. – Куда ставить?
– Давайте сюда, – я показала на противоположную стену от кровати Верного.
Санитары пытаясь не шуметь установили кресло и ушли, я сходила в сестринскую за своим бельем и легла на кресло мгновенно уснула.
Снился мне теплый летний вечер, закат на берегу моря, на котором я и бывала только во снах. Мужчина чьего лица я не могла разглядеть, тепло мне улыбался и легонько гладил скулы, едва задевая теплыми пальцами.
– Ты красивая, – прошептал он и провел пальцем по губам. – Вкусно пахнешь.
Мне хотелось ответить, но у меня никак не получалось.
– Впервые, я, встретив тебя, наткнулся на такую стену безразличия. И знаешь, меня это задело, – усмехается он.
Когда я тебя оттолкнула? – хотелось закричать, но я не могла.
– Ты такая необычная, даже странная, – вздохнул знакомый незнакомец. – Тебя хочется обнять и не отпускать, одновременно оттолкнуть и наказать. Странно как-то все…
Я хотела согласиться, что все странно, но провалилась в темноту и тишину. Только тепло никуда не исчезло. И от этого стало так спокойно.
– Эм… Я позже зайду, – услышала я сквозь сон голос Леонида Евгеньевича.
– Да, так будет лучше. – хриплым голосом сказал Потап у меня над ухом.
Что? Почему он рядом? Я резко попыталась вскочить, но меня прижали к креслу.
– Доброе утро, Катюша, – улыбался совсем не заспанный мужчина. – Теперь мы встречаемся?
Он лежал рядом со мной на кресле такой довольный, что слов нет описать его выражение лица. А мне хотелось одновременно его прибить, сбросить и наорать. Неужели, то что мне снилось, не было сном?
– Ты в своем уме? – зашипела я, вскакивая с кресла. – Ты ведь подставил меня перед Леонидом Евгеньевичем. Я понимаю, что он не расскажет никому, а если бы зашел кто-то другой? Ты об этом подумал? Или, кроме твоих хотелок, в этом мире ничего не существует?
– Кать, ну перестань, никто больше бы не зашел. Меня боятся, как огня поэтому, можешь не волноваться и больных бить нельзя, – расплылся он в еще более довольной улыбке, когда я двинулась в его сторону.
– Зато можно болючий укол сделать! – психанув, пошла умываться в ванную комнату, находящуюся в палате.
Вот как с таким человеком разговаривать? Он же ничего не слышит и не видит! Для него важно только его мнение.
Умывшись ледяной водой, я немного остыла. Но вопрос, зачем все это делает Верный, никак не покидал меня.
– Кать, – когда я вышла из ванной комнаты, Потап уже лежал на своей кровати и виноваты на меня смотрел. – Прости, я не думал, что ты так отреагируешь.
– Подожди, ты хочешь сказать, что даже примерно не представлял, как я могу отреагировать на твою выходку? Знаешь, Верный, я тебе не верю, – мысленно улыбнулась своей фразе.
– Я, правда, хотел, как лучше, а ты, как ежик колючий, не подойдешь, – пробурчал мужчина себе под нос.
– Не уверена, что ежики умеют готовить, – фыркнула я.
– Как себя чувствуешь? – в палату без стука валилось Маша. – И ты здесь? Выйди, нам нужно поговорить с Потапом.
Потап сверлил взглядом мою бывшую подругу, но не проронил ни слова. Я, не задумываясь, вышла из палаты и пошла в сестринскую нужно было разобраться с текущими делами и поговорить с Леонидом Евгеньевичем.
Утро пролетело практически незаметно, я снова заступила на пост, так как была моя смена и заменить пока что было некем.
Привезли несколько пациентов и пришлось побегать. Когда меня вызвал к себе Верный, я уже практически забыла о его выходке. Конечно, мне очень хотелось узнать для чего приходила Мария, но я считала, что совать нос в чужие дела — это некорректно.