Офтальмик (офтальмикос) — античный врач — специалист в глазных болезнях (от «офтальмос» — глаз (древнегреч.). Лаодикия, область Римской Империи, находящаяся в Малой Азии, была знаменита своими лечебными источниками (горячими и холодными) и целебными грязями, на их основе приготовлялись знаменитые коллирии (мази) для глаз. Римляне называли таких врачей «окулист», от oculus — глаз (лат.).
Офтальмия (греч.) — в античной медицине офтальмиями назывались различные болезни глаз.
Палестра — место для занятий спортом, например, при банях. См. также Гимнасий.
Палла — женское покрывало в античности.
Панарион — шкатулка, сундучок или ящик с медицинскими инструментами и лекарствами.
Пекулий (peculium). Пекулием в римском праве называется имущество, предоставляемое человеку, подвластному домовладыке, отцу семейства (pater familias) только в управление и пользование. В Риме выделение пекулия распространялось не только на сыновей домовладыки, но и на рабов. В случае смерти подвластного пекулий не переходил по наследству, а возвращался в непосредственное обладание отца, который его выделил. Пекулий, выделенный сыновьям богатого Григория-старшего, должен был позволить им вести жизнь, достойную молодых аристократов, и был весьма существенным.
Периодевт — в античности: странствующий врач.
Пифия и Астак — города недалеко от Никомедии, славившиеся в античности своими целебными горячими источниками.
Пластырь или мазь (бальзам) для ран — средства, в которые входили животный жир (козий, свиной), медная ржавчина (имеет антисептические свойства), оксид цинка и т. п. Самые известные в античности — пластырь Исиды, мазь Махайриона.
Плотин (204/5–270 гг н. э.) — древнегреческий философ-платоник, основатель неоплатонизма. Подробнее см. Неоплатонизм.
Претекста — особая тога с широкой каймой, одежда мальчиков, сыновей римских граждан, до совершеннолетия. В день официального совершеннолетия мальчик впервые надевал взрослую тогу.
Прогноз (прогносис) — предсказание и учение о развитии болезни, так называемых «критических днях» (днях, в которые совершается некий суд («греч. „крисис“) в течении болезни и судьбе больного; в ней отражается связь с философией числа Пифагора) — одна из характерных черт косской школы, восходящая к Гиппократу и отраженная в трактате „Прогностика“ Корпуса Гиппократа. На ее закате эта особенной неоднократно высмеивалась в эпиграммах, в которых подчеркивалось неспособность врача к лечению болезни, а лишь к прогнозу и получению гонорара. Другие античные врачебные школы (например, методическая, основателем которой часто считают Асклепиада Вифинского) высмеивали учение о критических днях.
Псогос — порицание, хула, укор. Происходит от глагола ψέγω — порицать укорять. В античной риторике речь, направленная на поношение своего предмета (в противоположность панегирику, хвалебной речи). В псогосе античные риторы использовали очень резкие выражения, неприемлемые в современной публичной речи. Наиболее традиционные обвинения для жанра псогоса: невежественность, самонадеянность, нескромность, показуха, мнимая ученость, многословие. Нередко обыгрываются в псогосе и физические недостатки „героя“. Обязательны обвинения в богохульстве. Часто используется контрастная лексика для чередования сомнительных похвал с прямыми обвинениями. Для выражения резко отрицательного отношения к объекту осмеяния широко используются сравнения: „подобно“, „словно“, „также как“. В латинской литературе псогосу соответствовал жанр инвективы.
Римский дом. „Кровля атриума состояла из четырех частей, которые шли понижаясь к середине; в самом центре они оставляли открытым прямоугольное пространство, называвшееся compluvium, из этого отверстия дождевая вода текла в impluvium — водоем, устроенный в полу атриума. Такая кровля устраивалась двумя способами: иногда она поддерживалась бревнами, вделанными в боковые стены, иногда опиралась на четыре колонны, стоявшие по четырем углам имплювиума. Перпендикулярные к стенам перегородки образуют вокруг атриума ряд комнат или, вернее, загородок для помещений различных членов семьи; редко эти комнатки имели переднюю перегородку, которая бы действительно отделяла их от атриума. Атриум имел непосредственное сообщение с улицей, от которой в бедных жилищах он был отделен лишь дверью, а в самых богатых, кроме того, и прихожей. Во всяком случае, когда дверь была открыта, проходящие по улице могли видеть то, что делается внутри. Впоследствии обычай изменился, и дверь стали держать постоянно на запоре, открывая ее только тогда, когда кто-нибудь приходил; у богатых к ней был приставлен особый раб — привратник. Входные двери обыкновенно были двухстворчатые и открывались внутрь. Делались они из дерева; металл употреблялся только для дверей храма. Но мало-помалу распространилось обыкновение покрывать и двери частных домов металлическими пластинками. У входа был прикреплен звонок для того, чтобы извещать о приходе посетителя; чаще же всего с этой целью привешивался молоток или кольцо… В обыкновенных жилищах посетитель, переступив порог входной двери, непосредственно входил в атриум. Tablinum сделался скоро существенной частью римского дома: сначала здесь была столовая; позднее эта комната перешла в исключительное пользование отца семейства, который сделал из нее как бы центр домашнего управления: здесь он обыкновенно находился, отсюда наблюдал за своими домочадцами; здесь он помещал изображения пенатов, здесь же хранил деньги, бумаги, самые дорогие или же самые любимые книги. Главную роль мебели этой комнаты составлял большой сундук, металлический или деревянный, обитый металлическими пластинками и большими гвоздями; он стоял всегда по правую сторону у стены или пилястра и был крепко заперт и запечатан…В глубине перистиля находилось большое, роскошно убранное помещение, которое служило в одно и то же время и гостиной, и местом отдыха, и даже парадной залой во время больших празднеств; называлось оно oecus (от греческого слова oikos — дом). Здесь часто сидел хозяин дома в тени широких штор, уединяясь от нескромных и докучливых посетителей…В греческом доме, значительно измененном и усовершенствованном на востоке, где с ним познакомились римляне, их поразил больше всего обширный двор, ярко освещенный и окруженный портиком или перистилем… Вся внутренняя жизнь семьи сосредотачивалась… в перистиле. Это было обширное открытое пространство, окруженное со всех сторон портиками с колоннадой. Посредине помещался садик (viridarium) с корзинами цветов, с редкими кустами, с бассейнами, в которых держали дорогую рыбу. Занавеси или шторы, протянутые между колоннами, защищали эти галереи от солнца и делали их приятным местом для прогулок“ (Поль Гиро. Частная и общественная жизнь римлян. СПб, 1995).