Пока защитники, сгрудившись на стенах, всеми силами отбивались от македонских таранов, Александр с небольшим отрядом лучников и щитоносцев незамеченным вошел в город по руслу реки. А когда его увидели, он уже успел открыть городские ворота и впустить свои войска.
Битва была жесточайшая. Здесь был совсем другой народ, чем в тех многих странах, по которым прошел Александр. Этот народ невозможно было сломить, и не сражался здесь только мертвый.
Опытное, привыкшее к бою, к дисциплине и к жестокости македонское войско одержало верх. Македонский гарнизон занял Кирополь. А царя снова вынесли на руках из битвы. Он, раненный камнем в голову, упал без чувств.
Открыв глаза, Александр увидел красное небо. Оно было густо-красное, с лиловым отливом.
- Это кровь, - прошептал он в полубреду, - это все кровь… Она с земли поднялась на небо. Но, Зевс и все боги, зачем они сопротивляются мне? Ведь меня нельзя победить, жрецы Аммона предсказали это… Зачем же они сопротивляются?
- Александр… - тихо окликнул его встревоженный голос Гефестиона, - Александр, что с тобой? Опомнись!
Александр закрыл глаза, снова открыл. Нет, это вовсе не свод небесный над головой, это его шатер, украшенный пурпуром. В голове сильно шумело, глаза еще застилал серый туман. Но сквозь туман он увидел Гефестиона. Сразу стало спокойно и тихо на душе. Защита была рядом. Защита от тяжких воспоминаний, от себя, от врагов, от болезни… Единственный человек, который владел бесценной тайной успокаивать его вечно вздыбленную душу.
- Ты не уйдешь от меня, Гефестион?
- Я не уйду от тебя, Александр.
Лицо Александра озарило умиротворение. Брови разошлись, жесткие морщины у рта разгладились, напряженно сжатые губы смягчились улыбкой.
Но эту улыбку снова согнала забота.
- Все ли города взяты? Тот, седьмой?.. До которого я не дошел?
- И седьмой взят.
- Как кончилась битва?
- Полной победой, Александр.
- Много ли погибло у нас?
- Гораздо меньше, чем у них.
- Скажи, чтобы всех врагов, кто остался в живых, заковали в цепи. С этим народом иначе нельзя. А военачальники наши… все ли живы?
- Все живы, Александр.
Гефестион не сказал, как много легло македонян в этой битве. Утаил и то, что сильно ранен Кратер. Александр сейчас же начнет пытаться встать и идти лечить Кратера. А ему еще и головы не поднять с подушки!
- Послушай, Гефестион, - начал Александр после долгого молчания, - как ты думаешь: останется ли мне верен Антипатр? После того как я казнил его зятя, Линкестийца?
- Будет ли он верен? - задумчиво сказал Гефестион. - Раздоры с царицей Олимпиадой не поколеблют его верности тебе. Смерть Линкестийца, как ни тяжело это ему, не отвратит его от тебя: измена Линкестийца доказана. Но казнь Пармениона - вот что заставит его насторожиться. Он уже знает теперь, что, если ослушается тебя, его не защитят ни заслуги, ни его возраст, ни его давняя служба тебе… Он может испугаться тебя. А это нехорошо. Это опасно.
- Уж не думаешь ли ты, что он способен убить меня?
- Если испугался за свою жизнь, то ожидать можно всего.
- Но нет, Гефестион. Я не дам ему для этого повода.
- Ты уже дал ему повод остерегаться тебя. Но это лишь догадки, может быть пустые. А пока Антипатр незаменим. Он крепко держит в руках и Македонию и Элладу. Береги дружбу с Антипатром.
- Почему существует на свете измена, Гефестион? Мне теперь все время кажется, что предательство таится где-то около меня.
- Около тебя - твои друзья, Александр, которые всегда готовы тебя защитить! Мы с тобой, Александр.
- Ты не покинешь меня, Гефестион?
- Я никогда не покину тебя, Александр.
Прошло несколько тихих дней. Окровавленная, опустошенная Согдиана замолкла. Кто в могиле, кто в цепях. Только неуловимый Спитамен еще скрывается в горах со своим отважным отрядом.
Этот неукротимый человек выматывает силы македонской армии; он является то в одном месте, то в другом, и всегда неожиданно, внезапно; он заманивает македонян притворным бегством и, заманив в какое-нибудь ущелье, уничтожает их. Он действует так умело, так стремительно - можно подумать, что он научился этому у самого Александра! Но Александр все-таки поймает его, в этом сомнений нет. Что может сделать этот безумный человек против огромной македонской армии?
Крепкая натура Александра одолела болезнь и на этот раз. Он встал. И как только вышел на берег, радость будто приподняла его. Город строился!