Собираю остатки самообладания и иду в конференц-зал. И только сейчас замечаю, что на вороте моей идеально выглаженной рубашки красуется смачное коричневое пятно. От шоколада, естественно. Но выглядит как… дерьмо. Похоже, моя жизнь теперь не только комедия, но еще и трагикомедия.
Смирись, Даниил. Теперь это твоя жизнь. И коричневых оттенков в ней определённо точно прибавится. И запахов, подозреваю, тоже.
Глава 4. Коллега
Лебедева
Выхожу от босса в некоторой растерянности. Меня мало чем можно удивить, но увиденное сегодня… словно кадр из сюрреалистичного кино. У Даниила Михайловича, этого воплощения власти и серьезности, есть ребенок. Мальчик, на вид ему годика полтора-два. От бывшей жены, как я поняла.
Самое невероятное – он о нём не знал. Как такое возможно?! Прижимаю к себе карапуза сильнее, и иду в сторону своего стола. Сердце колотится, а в голове роятся вопросы.
Игорь первым замечает, что я тут не одна, а с интересным сопровождением. Он делает шаг вперед, подходит ближе, с любопытством наклоняя голову.
– Ничего себе, – удивляется он, наклоняясь, чтобы рассмотреть ребёнка. – Это кто у нас тут такой миленький?
Матюша поворачивает голову и внимательно изучает Игоря в ответ. Его большие серые глаза с зеленоватыми искорками смотрят открыто и доверчиво. И тут меня пронзает мысль: можно ли вообще говорить о том, чей это ребёнок или нет, секрет это или нет? Инструкций на этот счет мне не давали. А я так растерялась, что не нашлась, что спросить у Даниила Михайловича. Вцепилась в кредитку и постаралась скорее ретироваться из кабинета.
Потому что наш босс… Он такой властный, серьёзный мужчина, что я рядом с ним каждый раз теряюсь. У него безумная энергетика. Только посмотрит в твою сторону, как мурашки по коже бегут, а в горле пересыхает.
А глаза… Серые с зеленцой. Как и у этого милого мальчика на моих руках. Невольно замираю, осознавая эту странную связь. У меня на руках частичка моего босса. Надо же…
Игорь переводит взгляд на меня и я понимаю, что он ожидает ответ. Пожимаю плечами, пытаясь скрыть смятение.
– Этот милашка – неожиданный нарушитель местного спокойствия.
Усмехаюсь и устраиваю Матюшу прямо на своём столе, заваленном бумагами и отчетами. На меня поглядывают, я чувствую. Тем более моё рабочее место у всех на виду. Прямо напротив поста охраны, за которым обычно отдыхает Игорь или Андрей. В зависимости от того, у кого смена.
Достаю влажные салфетки и быстро вытираю личико Матюше. Ребенок кривится, отворачивается, но я быстро заговариваю ему зубы, ловко переключаю его внимание на плюшевого мишку, который неизменно сидит на моём столе. Моего старого, доброго друга, талисмана, с которым я не расстаюсь с самого детства.
Парнишка вцепляется в игрушку мёртвой хваткой, и я думаю, что, кажется, лишилась любимого друга.
А ещё у меня действительно есть опыт общения с детьми – двое младших сестрёнок и братик. Даниил Михайлович, видимо, это каким-то образом приметил. Правда, чему я удивляюсь? Когда я вошла внутрь, самым адекватным человеком в помещении был Матюша. Просто плакал. Остальные явно пребывали в шоке.
Даже Оля. Она-то вообще всегда на высоте.
– Ты не говорила, что у тебя есть дети. Откуда он? Кто тебе его принес? – наседает Игорь с ворохом вопросов на меня.
Я внимательно слежу, чтобы Матвей не стянул ничего важного с моего стола. На этой работе я отвечаю за слишком много моментов и стараюсь держать все под контролем. Но Матюша увлечён мишкой.
Тогда я позволяю себе бросить взгляд на Игоря, придерживая ребёнка одной рукой.
– А что, если у меня дети, значит, я тебе теперь не интересна? – подначиваю я его, поднимая брови.
Тот приосанивается, выпрямляя плечи. Сколько месяцев работаю, а Игорь вечно не упускает шанса со мной пофлиртовать. Сначала я молчала, потом отнекивалась, а теперь это стало частью ежедневного рабочего дня. Научилась отвечать ему, парировать, и иногда выходят довольно забавные перепалки. Это некая возможность спустить пар и поупражняться в остроумии.
– Предложение насчет свидания всё ещё в силе. Можешь взять с собой малыша, – заявляет Игорь уверенно и улыбается.
– Пойдешь гулять со мной и с коляской? – не могу скрыть своего удивления в голосе.