— Значит, ты, правда, не можешь?
— Не могу Вальтер. Сам знаешь: ест за что-нибудь взялся, надо доводить до конца.
— А как подвигается?
— Ничего. — Кивнул Виктор — Помаленьку.
— Ну, желаю успеха, — сказал Орум, и Виктор вышел в коридор.
— Здравствуй, — кто-то сзади тронул Виктора за плечо, и он уже знал — это Вита.
«Опять», — нахмурился Виктор.
— А я тебя ждала. — Вита стала рядом и взяла его за локоть. — Ты мне сегодня дашь что-нибудь на перепечатку?
— Пока ничего нет — Виктор отнял руку, и они вышли на улицу. — Ты домой? — Он хотел распрощаться.
— Нет, почему же? — улыбнулась Вита. — Я свободна.
— A я, понимаешь, тороплюсь. Хочется посидеть, поработать.
— А я думала…
— Что? — остановился Виктор.
— Я думала, ты пойдешь ко мне.
— Прости, Вита, сегодня никак не могу. Столько дел накопилось, ведь на праздники придется ехать к родичам в Пьебалгу…
— Значит, тебя не будет в Риге? — Она совсем расстроилась.
— Да… Ты же знаешь, у каждого есть какие-то обязанности. Мы же одни живем на свете.
Едва заметно погладив девушке руку, он улыбнулся и кивнул на прощанье.
На улице было много народу, но когда в толпе исчез светлый плащ Виктора, Вите показалось, будто она совсем одна на этом углу, на этой улице и во всем мире.
6
Несомненно, люди научатся когда-нибудь управлять погодой, по мере надобности чередуя солнечные дни с дождливыми. К сожалению, в пятидесятых годах нашего века это eщe не достигнуто, поэтому на Янов день часто льет как из ведра, и, наоборот, когда земле и людям больше всего необходима влага, солнце жарит напропалую.
Природа нередко идет наперекор человеку. Однако нынче на майские праздники погода выдалась как по заказу. С самого утра небо было синее, без единого облачка, и, хотя из-за поздней весны на березах вдоль канала не распустилось еще ни единой почти, ветер, летевший с Даугавы, полоскал флаги на домах и башнях, приносил с собой веселую свежесть, какая бывает только в майские дни.
По улочкам Старой Рига на Комсомольскую набережную медленно продвигались колонны демонстрантов, и в лицах людей, в их одежде, в цветах и транспарантах, в неторопливости их движения было нечто возвышенное и торжественное.
Возле большого универмага вдруг загремел орхестр. да так громко, что спугнутые старо-рижские голуби поднялись в воздух. Немного покружившись над островерхими крышами старинных домов, они уселись на карнизах и поглядывали вниз, должно быть не понимая, почему на этих обычно тихих улочках сегодня столько народу и шуму.
На набережной Даугавы колонны сливались в единый огромный поток, двигавшийся мимо трибун к улице Горького. И рядом с этим потоком в том же направлении спешили воды большой реки, унося в море источенные и размытые волнами льдины — последние свидетели минувшей зимы.
У деревянного моста колонна опять распадалась, большинство демонстрантов сворачивало обратно в Старый город. Кто-то схватил Петера Вецапиня за плечо.
— Глядя-ка! И наш инженер тут! — Он увидел перед собой дружески улыбающееся лицо Делвера. — Шли одной дорогой, а друг друга и не заметили. В такой толкучке не мудрено. — продолжал он, беря Петера под руку.
— Да, — подтвердил Петер Он, как всегда, не находил слов для разговора.
— Знаете что, — вдруг надумал Делвер. — Раз уж мы встретились, пойдем вместе, а?
— Куда же это?
— К нам! На садовый праздник. Правда, деревья еще без листьев, зато у меня в Доме, надо полагать, найдется кое-что другое.
— Да я уж не знаю. — пытался возражать Петер.
Делвер, шагавший рядом, и не думал его отпускать:
— Идемте, идемте! Будут все наши из больницы, а как известно, медики, хотя народ и неинтересный, справлять праздники умеют. Товарищ Сарма, — обернулся он, — замолвите-ка и вы словечко, иначе наша знаменитость удерет!
Тут только Петер заметил, что за Делвером следовала компания молодежи, среди них и Айна Сарма. Отступать было уже некуда, пришлось остановиться и поздороваться.
— Ну, пошли? — переспросил Делвер.
— Идемте! — Айна посмотрела на Петера таким лучистым взглядом, что он уже не способен был отказаться.
— Надо взять машину. — засуетился молодой парень, назвавшийся Метузалом. — Не плестись же пешком до Чекуркална!
Вся компания согласилась. Решали дойти до вокзала, где должна быть уйма такси.
— Погодите-ка, — остановился Делвер. — Надо разыскать в Виктора! — Он все не отпускал локоть Петера опасаясь, как бы инженер не исчез. В такой толчее все возможно, тем более, что Петер не очень-то рвался веселиться.