Хлопнула дверь, Вецапинь был таков. Делвер закурил и пошел к телефону. После второго сигнала ответила дежурная сестра.
— Кровотечение? — спросил Делвер отрывисто.
Оказалось, что оперированный больной в порядке, по привезли какого-то пострадавшего от несчастного случая, и доктор Бриснынь боится оперировать без профессора.
Делвер положил трубку и тихо выругался. Боится! Чего? Боится ответственности, овечья душа! Если боится, так не лез бы в хирурги, а возил бы каталку по коридорам!
Так или иначе, вечер загублен. Айна тоже собралась уходить — оставаться одним, без хозяина неприлично. Петер молча проводил девушку до двери и помог ей надеть пальто.
— Спасибо, — улыбнулась она и протянула руку.
В эту минуту вошел Виктор Вецапинь.
Говорят, что яблоко от яблони недалеко падает Если считать профессора яблоней, то яблоко — младший его сын Виктор — упало у самого ствола. С первого взгляда можно было сказать, что по внешности он истинный сын своего отца. Та же фигура, только, конечно, соответственно возрасту, стройнее в гибче, те же волнистые светлые волосы, только гораздо пышнее, чем у профессора, тот же острый взор, который иногда называют внимательным, даже пронзительным.
— Добрый вечер! — Виктор небрежно скинул мокрый плащ, под которым оказался светлый летний костюм. — Я вижу, у моего брата гости, верное сказать, гостья. Прошу прощенья, я не буду мешать.
Он раскланялся, собираясь направиться в свою комнату, и тут заметил Денвера.
— Доктор! — Виктор раскинул руки. — Вас посылает сама судьба. Сходимте в «Лиру», посидим…
Делвер не уклонился от объятий, похлопал Виктора по спине и плечам, потом высвободился.
— Простите, мой юный друг, сегодня я занят. Между нами говоря, и мне и вам уже достаточно, — он произнес это тихо, чтобы слышал один лишь Виктор, и снова повысил голос: — Мы с сестричкой только поздравили профессора с днем рождения. А теперь пора по домам.
— День рождения… И верно… — Виктор немного встревоженно провел ладонью по лбу. — Что, старик дома?
— Профессор уехал в больницу, — сказал Делвер и подал Виктору руку. — До свидания, дружище.
— Привет. — Виктор простился с Денвером и низко склонился перед Айной. Через минуту он уже был в своей комнате.
— Он всегда такой? — спросила Айна, когда они с Денвером спускались по лестнице.
— Зачем всегда? Молодым людям иной раз случается хватить лишку. Что тут страшного?
— Что, братья Вецапини не ладят между собой? — спросила через некоторое время Айна.
— Собственно говоря, ладят или не ладят, сказать трудно. — Делвер взял Айну под руку. — У каждого свой характер: Виктор — порывистый и общительный, Петер — сдержанный, я бы сказал, смирный.
— И все-таки они братья.
— По виду этого не скажешь… — Делвер отворил калитку. — Но что-то общее у них есть. Фамильное упорство, гордость. На полдороге они не остановятся. Каждый по-своему, а достигнут цели.
Улица встретила их вечерней сутолокой. Дождь перестал, на мокром асфальте отражались огни фонарей.
— Взгляните! — Делвер откинул голову и указал вверх. — Третье справа — окно Петера. Свет там не погаснет до утра; к нему наверняка еще придет какой-то товарищ, и они будут вместе колдовать над расчетами, пока не вспотеют мозги.
— Он так много работает? — спросила Анна.
— Нечеловечески. Непостижимо, когда этот инженер спит? Эх, ему бы голову Виктора!
— Идемте, — Айна вздрогнула. Вероятно, сквозь легкое пальто она ощутила прохладу весеннего вечера.
— Вам холодно?
— Нет, просто я не люблю говорить за глаза о людях. — Она посмотрела на Делвера. — А вам бы поправилось, если б другие стали пересуживать ваши способности и характер?
— Мой характер… — усмехнулся Делвер. — Знаете что, зайдемте куда-нибудь, посидим. И если желаете, побеседуем о моем характере.
— Нет, доктор, мне нужно домой. — Она высвободила локоть из-под его руки. — Вот мой автобус. Спокойной ночи!
Он молча приподнял шляпу, поглядел, как отъехала большая неуклюжая машина, сунул руки в карманы и, ни о чем не думая, побрел по направлению к центру. По улице, тихо гудя, проносились автомобили, навстречу шли люди, порой касаясь Делвера плечами, возле кафе «Флора» с ним кто-то поздоровался, наверно знакомый студент, но большинству прохожих до него не было никакого дела.
Делвер остановился лишь на углу Советского бульвара и с минуту разглядывал красную неоновую рекламу, гласившую: «Храните деньги в сберкассе!».