Прохладная вода принесла небольшое облегчение, чуть ободрив и смыв остатки сонной патоки.
Облачиться в "Викинга" много времени не заняло. Хотя проделал все я медленнее обычного: ноющие мышцы давали о себе знать. Боевая броня, быстро оценив мое состояние, вознамерилась снова "подкачать" спасительным морфином, но я прервал операцию, предпочтя потерпеть, и остаться в более-менее "вменяемом" состоянии.
– Все готово, капитан, – обратилась Аня, когда шлюз каюты закрылся за моей спиной.
– Хорошо. Собирай всех.
Путь к медблоку я проделал в одиночестве.
С флотскими, конечно, все понятно, они явно предпочитают не мозолить глаза. А вот отсутствие Адских Псов несколько удивило. Под "все готово", Аня, судя по всему, имела в виду, что все действительно ГОТОВо, и ждут только меня.
Я вздрогнул и поежился, когда из шлюза медблока на меня ринулся клубящийся туман, словно кожей ощутив холодный воздух, что Аня нагнала в лазарет за ночь. Но, конечно же, в боевой броне я чувствовал лишь тепло мягкой синтетики, плотно обволакивающей тело.
Серафина лежала на сером металле, где я вчера ее и оставил. Правда, ее еще раз обмыли и насухо вытерли, прикрыв наготу до шеи белой простыней. Да и в отсеке прибрались на скорую руку. Во всяком случае, под ногами ничего не мешалось.
Я бережно подхватил Серафину вместе с тканью – ее левая рука безвольно свесилась, голова запрокинулась. В руках огромного "Викинга" она показалась пушинкой, невесомой и хрупкой. Кажется, я старался не дышать пока шел по пустым коридорам, переживая, что воздух подхватит ее и унесет прочь…
Оказалось, что ждут в самом деле только меня. Все собрались у аппарели в десантном отсеке, который по всем документам называется грузовым, что, на мой взгляд, мало соответствует действительности. Из Сынов Амарны, кроме меня, лишь Джонс облачился в броню; остальные явились в графитовой форме космопехоты. Что вполне логично: воздушный шлюз не вместит целый взвод.
"Флотские" столпились в сторонке, и неловко переминались с ноги на ногу, бросая испуганные взгляды на космопехов, замерших, как изваяния Древних Богов. Но, надо отдать им должное, даже медики, обычно не снимающие белых халатов, нарядились в темно-синие кителя, сверкающие золотом начищенных "лычек"… Восемь лейтенантов – младшее для окончивших Академию Флота звание, и один – "старлей". Но "старлей", по сути, тот же лейтенант. Его переходное к капитану звание с припиской "старший", говорит лишь о том, что он уже "перерос" выпускника, но для повышения в чине не набрался опыта. Или "недостоин" по каким-то иным причинам, редко оглашаемым в личном деле. Другими словами, лейтенант флота – это, как у нас рядовой. А "старлей" – грубо говоря, капрал.
Это объясняло, почему МакБрэди, заявился к нам в чине "подпола", вместо того, чтобы сразу занять место Стэнли… Может, хоть теперь Грэйс получит заслуженные "звезды "… Или не получит: наш "бунт" вряд ли пройдет бесследно…
Когда я вошел в десантный отсек, Адские Псы подали признаки жизни: головы, словно по воле кукловода, дружно повернулись в мою сторону. Но даже сейчас тишина нарушалась лишь мерным дыханием, да робкой возней "флотских". Никто не проронил ни звука, провожая меня взглядом, пока тяжелые подошвы "Викинга" звенели по металлическому полу в направлении воздушного шлюза, у которого замер "Берсерк".
– Аня, – скомандовал я, когда Джонс вошел следом.
– Слушаюсь, капитан.
Ей не требуются объяснения, она делала это много раз, и прекрасно знает, как Адские Псы "провожают" павших.
Створки позади зашелестели, и с легким стуком сомкнулись, оставляя остальных наблюдать через иллюминатор. Раздался короткий низкий гул включенного магнитного пола, "Викинг" отметил потерю атмосферы, и Серафина воспарила у меня на руках; черные волосы разметались, словно в воде.
Аппарель медленно опустилась, представив взору черную бездну, едва мерцающую далекими звездами, многие из которых, наверняка, давно угасли. Да, мы, и впрямь, дрейфуем в самом что ни на есть пустом космосе.
Остановившись в шаге от края "трапа", я опустил глаза на Серафину, что плавно покачивалась без моей поддержки; волосы, "плавая" в невесомости, накрыли лицо, живо напомнив, как за ниточной шторой блестели серые глаза, порхая "мотыльками" ресниц…
"Останься", – пронеслось в голове слово, с таким трудом подобранное и ускользающее в самый нужный момент… Но все же, в последний раз она осталась. Без слов. Сама…
Я оттолкнул безжизненное тело, и оно поплыло, покачиваясь, словно на волнах черных вод реки мертвых. "Амарна" вздрогнула, задрав нос, когда тормозной дюз "выплюнул" поток янтарного пламени; Аня скорректировала толчок, чтобы мы не перевернулись вверх тормашками, хотя, здесь, в открытом космосе, единственным низом всегда остается пол под ногами… Простынь и волосы "исчезли" мгновенно, а спустя секунду лишь едва заметное облако серого праха, разлетаясь, поплыло под " брюхо".
Я шагнул на край, желая, насколько возможно дольше не выпускать его… ее из виду. И тут же ощутил, как "Викинга" пригвоздило к металлу аппарели: Аня полностью перехватила управление моей броней… Видимо, пересмотрела слишком много "сопливых фильмов", и сейчас решила, что я – урожденный космопех, капитан Адских Псов! – способен сделать необдуманный шаг "в бездну". А даже если и способе, что стоит меня подобрать?
Но она "держала" меня на краю, закованного в не подчиняющийся мне бронекостюм. А я молча наблюдал, как тает серое облако, растворяясь в мерно текущих "водах реки мертвых". Да, мы оба всегда знали, что этим все кончится. С той лишь небольшой разницей, что, возможно, не я буду стоять здесь…
И только, когда мне на плечо опустилась рука Джонса, Аня вернула мне контроль над "Викингом".
Глава 12
– Что дальше, капитан? – первым задал интересующий всех вопрос Джонс, шумно отхлебывая горячий кофе.
Все, собранные вопреки обыкновению, во-первых – в полном составе, включая флотских, а во-вторых – в кают-компании, уставились на меня выжидающими взглядами. В воздухе витало напряженное предвкушение хорошей драки, океанов крови, сотен стенающих врагов и хруста их же костей. Все ждали только приказа, ждали, на кого я "укажу пальцем". Кому придется отвечать за произошедшее…
А вот лица "флотских" со "вчерашнего дня" не оставлял бледный, "земляной" оттенок. Конечно, наш 9-й взвод далек от полного состава, даже не потеряй мы двоих за прошедшие дни. Но, что могут два аналитика, вооруженных… да, считай, не вооруженных, против космопехов-то; трое инженеров, которым при слове "пистолет" первым делом на ум приходит сварочный; и трое же – медиков. Последние и вовсе – с оружием, словно дети: скорее, себя случайно пристрелят. Да, и еще пилот, на которого жалко взглянуть: шить-то раны мы, космопехи, хоть и не очень любим, но умеем, от инженеров, какая-никакая, но помощь Брэйкеру, и даже "анализам" можно найти достойное применение. А вот "Амарной" давно управляет Аня…
– На два дня объявляю увольнительную, – я обвел взвод глазами. – Желающие могут на "берег" сойти.
– До ближайшего "берега" руками не "домашешься", – хохотнул Эйнштейн, расслабленно подпирающий переборку.
И на лицах замелькали улыбки: капитан шутит, а значит – в порядке.
– А на третий? – вкрадчиво поинтересовался Дэшэн.
– А на третий… – уголки моих губ дернулись, шрам хищно потянулся к виску: – Начнем убивать!
Волшебные слова для любого космопеха! Лица засияли, на щеках вздулись желваки, стиснутые зубы оскалились, по-волчьи "играя" клыками, затрепетали ноздри, уже чуя сладкий аромат крови.