– Без "пулялки", значит, отправь! – не выдержал Брэйкер. – Мы своими силами как-нибудь!
– Капитан приказал держать оборону…
– Капитан внизу! И с ним нет связи! Хрен его знает, что там творится! Мы его не бросим, слышишь! Он никого бы не бросил! И тебя не бросил на Орсане! Вытащил целехонького, когда вас Черепа "прижали"!..
– Никто ни кого не бросает, рядовой! – огрызнулся лейтенант. – Но если оттуда можно выбраться, капитан выберется! А мы будем держать оборону! До последнего! И сейчас ВСЕ нужны здесь! Помог бы лучше… Аня дай ему картинку, пусть глянет, что здесь творится.
Перед глазами рядового вспыхнуло изображение, заставив на мгновение зажмуриться от яркого света.
***
Я поднялся с колена и уверенно шагнул на голос, опуская "Мясника". Шагнул вслепую: после блуждания в полумраке зрение возвращалось медленно. Слишком привык к "Викингу", он обычно "жмурится" за меня… На фоне яркого света из панорамного окна проступили очертания: стол, стулья и люди – явно без брони. Понятно, почему Адские Псы сочли угрозу не существенной.
"Окно – не окно", – понял я. Но какая хорошая "подделка", солнце так и бьет в глаза! Моргнул – силуэты проявились четче, заблестела золотая оторочка, "лычки". "Флотские?!" – мелькнуло в голове, когда и форма, наконец, обрела знакомый темно-синий цвет.
– Проходите, капитан. Присаживайтесь.
Зрение окончательно прояснилось.
Я остановился в двух шагах от пустого стула с высокой спинкой. Они здесь все такие: мягкие, обитые кожей, с высокой спинкой, но без подлокотников. Стального, серого цвета. Как, впрочем, и стол, выполненный из металла, без каких либо изысков; на идеально ровной, глянцевой поверхности отражается солнце, небо и облака из "панорамного окна". В остальном, пейзаж за "окном" довольно пустынный и удручающий: голая песчаная равнина и далекие горы… Что это не окно я уже понял. Какие окна под землей? Но подделка действительно впечатляющая! Свет мерцает не так однородно, смешивая излучаемую палитру, как на мониторе или голограмме, а… словно действительно окно!
Вокруг серый бетон и хром. Пустые стены. Походит чем-то на радиорубку, ничего лишнего и отвлекающего. Размер вот только, как у "тренажерки". Во всю правую от меня стену – панель, сейчас погашенная и отражающая зал. Стоя к ней вполоборота, я прекрасно обозревал все помещение боковым зрением.
"Флотских" оказалось не пятеро, как я сперва решил, а – семеро. Пять из них – с противоположной стороны стола. Один сидит, остальные стоят. Вскочили, видимо, когда мы… ввалились: "ворвались" явно не соответствует нашему появлению. Вопрос: почему вскочили, если ждали? Впрочем, Джонс нашел бы этому объяснение… Куда интереснее: кто шестой среди этих пятерых? Сидит, облокотившись на стол, сложив руки замком. Сам расслаблен, взгляд… любопытный, глаза поблескивают голубым льдом из тени, создаваемой ореолом яркого света из "панорамного окна". Костюм… Костюм, в общем. Дорогой, или нет – без понятия. Главное, не флотский китель, да и не форма вовсе. Серая однотонная "двойка", сидит аккуратно, по фигуре. Вкупе с посеребренными волосами, надо признать, смотрится элегантно. И даже расстегнутый ворот белой сорочки не портит, а, скорее, подчеркивает стиль.
Оставшиеся двое "флотских" нервно маячили на краю зрения, с торца стола, перед "зеркальной" панелью во всю стену. Но всех семерых я разом оценил, глянув на одного: темно-синий китель с золотой оторочкой, и золотыми же пуговицами, застегнут по уставу, под самое горло, слева на груди – знак ОСС. Такую же форму носит и полковник Стэнли. Как, впрочем, и все выпускники Академии Флота. Вот только… судя по "лычкам", перед нами не какие-то "полевые" полковники, а высшие офицеры ВКС! Совет Адмиралов в полном составе!
Удивительная встреча, надо признать. Неожиданная. Но меня больше заинтересовал…
– Чо за хер с горы? – буркнул Джонс над ухом, дернув подбородком на мужчину в костюме.
Адмиралы разом встрепенулись от баса сержанта, "ожили", трое гневно подались вперед.
– Отребье! – вскричал крайний левый. – Как ты смеешь так разговаривать с лендслером!..
Оглушило – мама не горюй! В замкнутом помещении, пусть и просторном, эхо выстрела "Мясника" ударило по перепонкам, словно гром!
Голова адмирала разлетелась фонтаном кровавых брызг, тело чуть подпрыгнуло, отлетая назад, и грохнулось на пол. "Пояс безопасности" лишь бессильно полыхнул голубой аурой. "Багрянец" оросил стол, правый рукав и щеку мужчины в костюме; он чуть вздрогнул, "зевая" во все горло, пытаясь унять звон. Но отреагировал спокойнее остальных. Правых адмиралов и вовсе след простыл из поля зрения: попадали, как один, флотская выучка все же… "Панорамное окно" едва подернулось, все так же пестря солнышком и скрывая "размалеванную" стену – голограмма, что ей станет?
Фразу я закончил самостоятельно. Да, кажется, я даже видел это лицо прежде. Еще в "учебке". Не вживую, конечно. Тогда он выглядел на тридцать с небольшим.
– Это лендслер Эверсон, сержант. Девятый, если не ошибаюсь.
Джонс аж присвистнул, округляя глаза. Ну, еще бы! Перед нами первый человек во всем Объединении! Единственный и пожизненный правитель сотен Систем!.. А то и тысяч – ему, наверное, одному известна точная цифра обжитых планет… Понятно, на каждой есть свои институты власти и порядка. Но все они подчиняются одному единственному человеку! Для всех них лишь этот мужчина в сером костюме – закон!
Не зря, все же, "федераты" называют ОСС империей, с их-то парламентами, палатами и прочими ограничителями личной власти.
– Виктор, – услышал я хрипловатый голос лендслера. – Возьми этих граждан на прицел, и если что-то подобное повторится, разрешаю открыть огонь.
Джонс вихрем развернулся, "Мясник" дернулся в одну сторону, в другую, выискивая цель. Но позади, кроме Адских Псов, никого не оказалось.
– Капитан, – тихо пробормотал Сандерс, – броня не подчиняется…
Я затылком ощутил "смертоносные взгляды", упертые в нас… Ну, конечно! Это объясняет, почему изолировали "Берсерка"! Аня "запенила" мелкую, активировав "нейродубль" и сделав невозможным подключение.
– Без резких движений, сержант, – усмехнулся я. – "Псы" теперь против нас.
Джонс напрягся, палец лег на спусковой крючок. Но огонь не открыл. Он мгновенно прикинул варианты и пришел к тому же выводу, что и я: мы в меньшинстве. По крайней мере, пока живы все Сыны Амарны…
А мы с лендслером, чем-то похожи. Не внешне, нет. Но его реакция на смерть адмирала о многом сказала. Он не испытал страха, когда грянул "Мясник", и дернулся лишь от оглушительного звука и кровавых брызг. Но это – инстинкт. Все дергаются и отворачиваются, когда на лицо попадает влага. И сейчас он достал платок и аккуратно вытер щеку. Тряхнул рукавом, но, скорее, досадуя об испорченном костюме, нежели брезгливо.
Я отодвинул стул и присел, положив "Мясника" на стол перед собой, не убирая пальца со спуска и направив дуло лендслеру в грудь.
– Виктор, значит, да? – хмыкнул я, разглядывая правителя ОСС.
Его ледяные глаза в обрамлении мелких морщин, ухмыльнулись. Он расслабленно откинулся на спинку. Но промолчал.
– Да, капитан, – сухо отозвался голос из-под потолка.
– А полностью?
– Виртуальный Индифферентный Кинетический Тандемно-Оперируемый Разум.
Я улыбнулся подтверждению своей догадки. Виктор – ИИ. Ни один "виртуал" не смог бы подключиться к "Псам": Аня с Джереми хорошо постарались над прошивкой.
– Виртуальный? – переспросил я, продолжая улыбаться, глядя на правителя ОСС. – Это, чтобы вопросов меньше возникало, да?