– Валяюсь в кровати и пялюсь в телек, – голос Оскара звучал глухо, как будто он тоже держал трубку щекой. – Лугардинская реклама – это нечто...
На заднем плане играл весёлый джингл...
– Примерка уже закончилась?
– Да. А что, ты хотела посмотреть на меня в набедренной повязке?
– Может, в другой раз. Тут такое дело... Стой, какая ещё набедренная повязка? В книге такого нет...
Но он уже хохотал в голос.
– Ты как-то не сразу среагировала, – выдавил он сквозь смех. – Всё в порядке? Какая-то ты замороченная.
– Вообще-то, у меня к тебе дело, – у меня вдруг во рту пересохло и пришлось откашляться. – Я тут была в магазинчике, где тебя недавно застали врасплох, помнишь?
– Где есть уютная подсобка? Конечно, помню.
– А владельцев магазина помнишь?
– Да. Мужик, который не смотрел мои фильмы, и его дочь, которой я на майке расписался.
– Его зовут Филипп, а её – Саванна. В общем, Саванна пригласила меня на обед. То есть нас...
– В смысле... нас обоих? Вместе? – его зазвучал чётче, а музыкальный гул на заднем плане стих.
– Ну, да, вместе.
Немного погодя Оскар выдал:
– Ты же не хотела со мной светиться.
– Это семейный обед, а не банкет на триста человек, не перед кем будет светиться. Нам обещали манговый пирог... Ты же сидишь всё время в этом отеле, даже настоящую лугардийскую кухню не можешь оценить!
– У нас повар разве не лугардинец?
– Неважно, – на выдохе сказала я, теряя терпение.
– В чём подвох?
– Никакого подвоха, просто обед. Лугардийцы – открытые люди, они ходят в гости и принимают гостей, а я хочу с людьми пообщаться, и желательно не о книге!
– Ты уверена, что этой твоей Саванне ничего не нужно? Реклама магазина, например...
– Блин, да это была моя идея!
Да, потом, гораздо позже, Оскар мне расскажет, что такова реальность публичности: от него всегда чего-то хотят, и он уже давно не тешит себя иллюзиями по поводу новых знакомств. Любое приглашение на ужин – чей-то пиар-ход. И потому доверие – не его конёк. Но это потом, а пока он просто взбесил меня.
– Саванна меня пригласила, а я выпросила разрешения прийти с тобой. Но уже жалею, если честно! Не хочешь – не ходи! Я подумала, что тебе будет полезно узнать получше лугардийскую культуру...
– Ладно, ладно, успокойся! Давай сходим.
– ...правда?
– Да, манговый пирог решает.
– Ура! Если что-то пойдёт не так, можешь винить во всём меня.
– Договорились. Во сколько обед?
– Через два часа. А я понятия не имею, что надеть.
– Твои полосатые шортики не подходят?
– Лугардийцы – консервативные люди, и, к сожалению, я не смогу надеть свои полосатые шортики. А ты не сможешь надеть свою набедренную повязку...
***
Мне и раньше доводилось бывать в домах Лугардо с их высокими потолками, белыми стенами (обои на острове я не видела ни разу – возможно, из-за повышенной влажности это непрактично), вековыми антресолями из красного дерева, низкими скамьями с золотой обивкой, белыми салфетками из ириса тут и там и другими атрибутами прошлого века. Этот особый лугардийский уют пытались воспроизвести и в лобби нашего отеля, и получилось неплохо, если не знать, что это лишь «закос» под старину. Невозможно воспроизвести особую дымку, которая появлялась к обеду в комнатах, когда пар от готовки жаркого встречался с жёлтым светом абажура, связанного из того же ириса. Не получится нарочно повторить этот запах благородной старины, который источают книги на полках, сервизы и занавески. И, уж конечно, искуствено не воссоздать то, что эти люди здесь сотворяли годами – ощущение дома.
Мы немного опоздали, но хозяйка по-прежнему хлопотала на кухне. Даниэла, мама Саванны, была гордой представительницей старого поколения лугардиек, которые принимали гостей на полную катушку, носили яркие платья с цветочным принтом, отращивали волосы до поясницы и записывали рецепты в книжку. Она успевала следить за едой в духовке и проводить нам экскурсию по диковинкам, выставленным на книжной полке. Иногда эстафету перехватывала Саванна, гордо рассказывая, что на этом фото ей всего девять, а её уже отпустили праздновать день рождения с друзьями без взрослых, а это – награда их собаки с местной выставки, а вон там в рамочке приглашение на её свадьбу, состоявшуюся больше года назад.