– Не стоит заранее думать об отзывах.
– Грешу, – он опустил голову, а потом взбодрился. – Слушай, а мы можем где-нибудь посидеть и поговорить о твоей книге?
– Сейчас?
– Да. Знаешь какое-нибудь кафе неподалёку?
Моим планом на сегодня было вернуться в номер и спать, пока уши не отвалятся. Но, в конце концов, я же здесь по работе, и, похоже, в мои обязанности входит распивать кофе со знаменитостями. Бедняжка, ей-богу.
Оскар так внимательно смотрел на меня, приоткрыв рот, готовый начать извиняться и объясняться, что я поспешила с ответом:
– Есть здесь одно место, прямо через дорогу. Только мне нужно одеться, а тебе, – я кивнула на тёмные очки, которые он всё это время крутил в руках, – надеть твой... камуфляж...
Он оглядел пустую улицу:
– Вряд ли меня здесь кто-то узнает.
Но парень всё же надел очки – не то чтобы он сразу стал неузнаваемым, но хотя бы не с первого взгляда. Я надеялась, что Оскар прав, и на Лугардо о нём никто не слышал. Хоть это и туристическое место, но всё же большая деревня. К тому же сейчас одиннадцать утра среды, а в такое время улицы Лугардо пустуют.
Такси Оскар отпустил, и мы прогулялись мимо магазинов, и чёрт меня дёрнул сказать:
– Это мини-маркет, тебе не нужно ничего? – я покосилась на его трёхдневную щетину. – Бритва, крем для загара, алкоголь?
Он хохотнул:
– Местный походный набор? – а сам потёр подбородок. – А вообще, давай зайдём, посмотрим.
***
Помню я тот день. Было градусов двадцать семь, а кондиционер так и не работал, потому что этот Альфред уже три дня кормил меня «завтраками». Ну, позвони же мне снова деньги занять, старый хрен...
Я включил вентилятор, позвал Саванну и стал проверять срок годности «молочки», поглядывая одним глазом на маленький телевизор возле кассы: шёл отбор в национальную команду по футболу, и моего племянника показывали.
Сейчас, ещё немного, и уйду на перерыв. Где же эта девчонка?..
– Саванна! – снова позвал я.
Наконец, она показалась из подсобки с коробкой пластиковой посуды. А я и забыл, что отправил её за товаром десять минут назад...
– Что?! – прорычала она.
– Сделаешь отцу холодный кофе?
Она закатила глаза, бросила коробку на пол и снова скрылась в подсобке. Опять эта засранка не в настроении, глаза закатывает, убил бы...
В магазин вошли двое: парень и девушка, я сначала подумал, что туристы, очередная парочка в отпуске. Откуда ж мне было знать, что сейчас начнётся.
«Ещё совсем белые», – подметил я, заходя за прилавок. Они разделились: парень в бейсболке, долговязый и медлительный, завис у холодильника с напитками, разглядывал и что-то обдумывал – может, калории считал или переводил цены в свою валюту, как все новенькие «турики»; а девушка, блондинка с мокрыми волосами – только что с пляжа – засеменила к последним полкам, где у нас разложены специи и сухофрукты. Дайте угадаю: любительница кешью...
Я в очередной раз приметил, что все европейки жутко худосочные, и напомнил себе предложить этим двоим наш фирменный манговый пирог, когда они доберутся до кассы. Не то, чтобы я зависел от туристов – всё-таки основной доход от местных, но я никогда не упускал шанса накормить «турика» – он расскажет своим друзьям в отеле или на пляже, что попробовал вкуснейший манговый пирог, и не в ресторане, а в обычном мини-маркете! Кто же откажется от такой рекламы?
Через пару минут вошли двое парней, наших, местных. Потеснили туриста у холодильника, чтобы взять пиво, и тут же встали как вкопанные. Начали шептаться: «Это Бальтазар, это Бальтазар». Я ничего не понял, кто этот Бальтазар, может, их приятель, а они достали телефоны и начали снимать его. Турист попросил их перестать – раз попросил, второй попросил. Девчонка его притаилась за полками. Тут Саванна подоспела, посмотрела на это всё и тут же одёрнула меня:
– Пап, ну, чего ты стоишь-то?
Дочь у меня эмоциональная, начала отчитывать горе-фотографов, да только в магазин зашли ещё люди и тоже уставились на этого туриста.
– Пап! Это актёр известный, они его сейчас заклюют!
Пришлось этих туриков, будь они неладны, в подсобку увести.