Перед тем как сознание попыталось провалиться в благословенное забытье, я успел разглядеть, как тушу цербера пронзают насквозь, а потом и разрывают на части сдетонировавшие внутри тела взрывные боеприпасы. Но отключиться я так и не успел. Меня прошиб новый разряд, который стабилизировал работу сердца, и боль начала постепенно отступать. Вот и пригодилось умение выживаемость. Если бы не зёрнышко с зарядом ударной регенерации, не факт, что я бы сумел запустить одноимённое заклинание самостоятельно.
— Сергей! — позабыв о ментальной связи, испуганно вскрикнула Кара.
— Я в порядке, — с кряхтеньем ответил я. — Соблюдай тишину, всё общение только через мыслеречь. Тварь может быть не одна.
С трудом поднявшись на ноги, тряхнул головой, чтобы собрать мысли в кучу. Нехило меня так приложило. И ведь не почувствовал же ничего. Страшные зверюги эти церберы. Неужели мой сенс-радар не способен их засечь?
— Если пользоваться игровой терминологией, то уничтоженная тобой тварь является мобом 3 уровня, в то время как твоя сенситивность прокачана всего до второго. Намёк понятен? — вклинилась в поток моих мыслей с пояснением Ада.
«Предельно, — скривившись от боли в груди, ответил я. — А раньше не могла сказать?»
— Ранее мы не встречались с монстрами такого высокого уровня, — парировала виртуальная помощница. — Как я могла сказать тебе то, чего не знала сама.
«Ладно, проехали», — смягчив тон, проговорил я и сделал шаг к распростёртой в коридоре туше твари. Уххх, здоровая зверюга! Чуть ли не половину расстояния от пола да потолка занимает. И ведь не добежала всего десяток метров до нас. Страшно представить, каких бед могут натворить эти монструозные челюсти в ближнем бою. Но наше оружие не подвело. Вон как тушу разворотило. Все внутренности в труху небось перемололо.
Так, а что это там у нас поблёскивает? Ага, вот и трофей. Гем, синий, навскидку ранг четвёртый или пятый. Эх, думал, что помощнее будет, ну да ладно, не до того мне сейчас. Блин, как же грудь жжёт! И где эта хвалёная регенерация? Чего так медленно-то работает?
— Тебе ещё повезло, что нагрудник принял часть входящего урона, — подлила масла в огонь Ада. — Я могу назвать тебе мощность полученного разряда в джоулях, но тебе вряд ли это что-то скажет. Так что поверь на слово, тот факт, что ты испытываешь всего лишь дискомфорт, а не валяешься с проплавленной насквозь грудью, люди называют одним невероятно ёмким словом — чудо.
«Ты точно в порядке? — уже ментально поинтересовалась Кара. — Ты как-то неровно дышишь».
«Терпимо, — ответил я. — Бывало и хуже. Как обстановка на улице? Есть изменения после смерти цербера?»
«Сугубо положительные, — отрапортовала Кара. — После атаки молнией часть тварей, преимущественно из близлежащих домов, решила стремительно ретироваться. По пути они ещё и схлестнуться между собой успели. Но так, вяленько. Было видно, что убраться от этого здания они хотят куда сильнее, чем драться».
«Хорошо, — констатировал я. — Такие сильные монстры не любят конкурентов, так что велика вероятность, что он был тут один. В любом случае надо всё тщательно проверить. Не теряй бдительности».
«Ага, потеряешь её тут», — недовольно буркнула в ответ девчонка.
Я начал осторожно продвигаться вперёд и заглядывать в двери, распложенные по обе стороны коридора. Видимость так себе, даже с учётом усиленного эттерниумом восприятия, но понять, что я смотрю на офисные помещения, получалось. Столы с компьютерами и ноутбуками, стационарные телефоны, копировальные машины, горы разбросанных бумажек, высокие стеллажи, заполненные многочисленными папками, другая офисная мебель. Но никакого движения.
Неожиданно раздался еле различимый писк, доносящийся из просторного холла, куда нас привёл коридор. Судя по нагромождению разнообразных тряпок и подушек, именно здесь цербер устроил себе лёжку. И писк исходил из горы этих самых подушек. Мои нервы и так были натянуты как струна, а теперь я вообще врубил свою паранойю до максимальных значений и готов был обрушить на притаившееся в засаде нечто всю доступную мне магическую и техническую мощь, но не потребовалось.
— Какой миленький! — вновь позабыв о ментальном общении, громко воскликнула Кара, что, привстав на цыпочках, выглядывала из-за моего плеча. — Давай оставим его себе?
«Миленьким» девчонка назвала уродливого, сморщенного, лысого трёхголового щенка, который ещё даже первый раз в своей жизни не открыл глаза. Новорожденный монстрик неуклюже шебуршал в ворохе подушек и жалобно пищал. Жрать, что ли, хочет?