Мы поздоровались с ним и его другом как старые знакомые, перекинулись несколькими фразами в баре, но не танцевали вместе, и он держал себя отстранённо – видимо решил, что со мною «дохлый номер». И уже начал было подкатывать к Юле, которая, судя по её заинтересованным взглядам на него, была вовсе не против и присматривалась.
Я с безразличным видом отправилась выпустить пар на танцполе, но это не помогало. С того места, где я танцевала, мне было прекрасно видно, как Дэн что-то шепчет Юле на ушко, а она весело хихикает, сидя перед ним на высоком барном стуле. Потом он положил руку ей на колено, а она призывно улыбнулась ему в ответ, и во мне, в дополнение к неудовлетворённому напряжению и тоске, тут же взыграл собственнический дух.
Как так? Это моё!
Я направилась к ним, по-хозяйски обняла его за талию и, рискуя быть мстительно отвергнутой, наклонилась к его уху и решительно выдохнула: «Мне надоело тебя динамить. Поехали ко мне!» Он удивлённо на меня уставился, не ожидал такого поворота.
– Ну? Что так смотришь? Вперёд, пока я не передумала!
Без лишних слов он взял меня за руку и повёл к выходу. Я только и успела подмигнуть Маше и помахать ей рукой, наблюдая её неодобрительный взгляд. Не вызывал этот Дэн у неё положительных чувств.
Глава 3 (часть 2)
***
Когда я застёгивала пальто и завязывала шарф, он напряженно вглядывался в мое лицо, как будто никак не мог до конца поверить, что птичка всё-таки попалась. Пока мы ехали в такси, он весь просто дрожал от нетерпения, а у меня было какое-то странное ощущение, словно всё сейчас происходит вовсе не со мной. Как будто я вселилась в свое собственное тело и собираюсь сейчас поставить над ним эксперимент, проверяя, как буду реагировать на прикосновения другого мужчины. Денис обнимал меня и что-то оживлённо говорил. Я рассеянно что-то отвечала.
Как только я закрыла за нами дверь квартиры, он сразу набросился на меня и начал страстно целовать, нетерпеливо снимая с меня одежду прямо в коридоре, не дав опомниться. Начало было многообещающим, до тех пор, пока мы не оказались в постели и я не надела на него презерватив.
Он занимался сексом страстно, грубо и эгоистично. Я невольно сравнивала его с Киром, и сравнение было явно не в пользу Дэна. Страстно – да, грубо – да, но не эгоистично. Он совершенно не прислушивался к моей реакции, не стремился понять, что и как мне нравится и доставить мне удовольствие. Ни грамма нежности и чувственности. Одна грубая страсть, чуждая мне. Я не хотела её, не чувствовала. Он просто тупо удовлетворял свою похоть, как животное, действующее под влиянием инстинкта.
Несмотря на это, мне удалось сильно возбудиться, но то было какое-то яростное возбуждение, не от сердца, а от головы. И мне это очень не нравилось, но я просто из чувства протеста непонятно кому (а может быть как раз и понятно – тому, кого не было рядом физически, кто остался лишь в воспоминаниях, но накрепко засел в моём сердце), то агрессивно боролась с ним (отталкивала от себя, била в грудь, царапала ногтями, даже пощечину один раз залепила), то послушно подчинялась. И его это дико заводило. Наверное, я даже перестаралась, потому что, когда он совсем по-звериному начал рычать от удовольствия – я испугалась, и чуть было не отшвырнула его от себя подальше. Но, уже несколько секунд спустя, испытала острое чувство удовлетворения оттого, что смогла добиться такого эффекта, хотя сама оргазма так и не испытала.
После он сыто обнял меня и почти моментально заснул, а я не могла уснуть ещё очень долго. Меня не покидало чувство одиночества, тоски и пустоты. Я лежала в его объятиях, чувствовала тепло его тела, но была отдельно. Мне больше не нравился исходящий от него запах, не нравилось его красивое лицо, очертания которого я видела в полумраке. Наконец, уже под утро я провалилась в короткий тяжёлый сон.
Кажется, прошло не больше двух часов, когда Дэн меня бесцеремонно разбудил, требовательно поглаживая моё тело. Я снова испытала возбуждение, которое совершенно не трогало мою душу, и снова занялась с ним сексом без чувств, без мыслей, без особой радости соединения. Но в этот раз, в надежде получить желаемое удовлетворение, я всё-таки попыталась заявить о своих желаниях и направить его в нужном направлении, сначала руками, потом словами. Но он практически не отреагировал, и расточать мне благодарности за наш первый раз ему совсем не хотелось. Максимум на что его хватило это недолго и неумело потрепать меня пальцами там, где я показывала и поясняла как мне приятнее. Именно «потрепать».