Она удивлённо округлила глаза.
– Ого! Что так?
– Да вот так! Не понравилось. Самовлюблённый болван и эгоист. – вздохнула мрачно я.
– Что ж, и такое бывает. Вот не зря он меня так бесил с начала знакомства! Ладно, не расстраивайся. Сегодня суббота, а значит у нас ещё целые выходные впереди. Хочешь, устроим себе культурную программу? В театр сходим или на концерт. А?
– Ох! Боюсь, я так мало спала, что до вечерней культурной программы не дотяну. А сейчас пока спать не хочется.
Мы с ней выпили ещё кофе, побродили по ближайшему торговому центру, но моё удручённое состояние всё меня не отпускало, и шоппинг – излюбленная панацея от плохого настроения – не доставил мне никакого удовольствия.
Когда мы сели в одном из кафе торгового центра перекусить, Маше позвонил тот самый молодой человек, который ей понравился в «Красной шапочке», предложил поужинать вечером в ресторане и взять с собой Юлю. А он приедет с одним из вчерашних друзей, который понравился подруге. Она согласилась.
– Пойдем с нами, Оль? Сейчас придешь, поспишь пару часов и поехали. Чего ты будешь дома торчать?
– А я то зачем? Вас двое – их двое.
– Ну, значит, их будет трое. Я перезвоню и скажу, чтобы взял ещё кого посимпатичнее. Хочешь, того стриптизёра специально для тебя выпишем, по крейзи-меню? – мстительно хохотнула она.
– Вот только стриптизёра мне для полного счастья сейчас не хватало, Маш! – я угрюмо сверкнула на неё глазами.
– Ладно-ладно. Шучу. Так что? Поедешь?
– Не знаю. Я подумаю.
Но с ними я так и не поехала. Когда мы вернулись домой, у меня разболелась голова, я выпила таблетку, прилегла на диван в своей комнате и сразу провалилась в глубокий сон. На этот раз, к счастью, без сновидений.
***
Часов в десять вечера меня разбудили голоса и смех. Пришлось выползти из комнаты и посмотреть, что происходит. Оказалось, что Маша зачем-то притащила всю честную компанию к нам домой. Помимо Юли и тех двоих парней, с ними был ещё третий. По внешнему виду я сразу определила его как того самого стриптизёра, на чьё выступление приятели вчера ходили посмотреть: красавец блондин, спортивная накачанная фигура. Его звали Роман.
У меня всё ещё не до конца прошла голова, поэтому я ворчливо попросила их не шуметь и удалилась обратно в свою комнату. Там я вспомнила, что собиралась позвонить моей самой близкой подруге Кате, той самой, которая приезжала ко мне в Коктебель после моего драматичного романа. Она должна была сегодня утром вернуться из отпуска в Италии. Открыла список контактов мобильного, и, перелистывая его на букву «К», наткнулась на злополучный контакт, записанный под именем Кир. Меня сразу же одолели воспоминания. Я вернулась из Крыма уже больше месяца назад. После тех невнятных трёх сообщений он больше ничего не написал и не позвонил. Столько времени спустя было уже глупо рассчитывать, что мой сёрфер снова выйдет на связь.
Надо удалить этот контакт из списка. Надо удалить!
Я поднесла палец к строчке с его именем, поколебавшись несколько секунд, нажала «удалить». «Вы уверены, что хотите удалить этот контакт?» – бесстрастно уточнил мой мобильник.
Нет, я не уверена! Как не уверена и в том, что ничего не ответить на его сообщения в мой день рождения в Крыму не было ошибкой. Гордость, характер, сомнения? ... Да. Но не только это. Я не увидела в его сообщениях намерения продолжить наш роман, а просто немного поболтать, рассказать «как дела» и добавить себе страданий, когда я только немного пришла в себя, мне было совершенно не нужно. Да и «как у меня дела» он ведь не спрашивал. … Но не глупо ли отвечать теперь, спустя месяц? Ну вот, приехали! Теперь вместо удаления руки чешутся что-нибудь этому «контакту» написать.
Чёрт!
Глава 3 (часть 3)
В процессе моих мрачных раздумий на эту тему, я выползла на кухню, попросила Машу сделать мне кофе с молоком и принести в комнату. Что и было выполнено. Вот только кофе мне принесла не она.
Почти сразу после того, как я просто нечеловеческим усилием воли взяла себя в руки и всё же удалила этот злосчастный номер, в дверь комнаты постучались. Пытаясь перестать плакать, я не ответила на стук. Несколько секунд спустя, в дверной проем просунулась блондинистая мужская голова.
– Можно? – неуверенно спросил Роман, заметив, как я, отвернувшись, стираю слёзы с лица.
Я, молча и угрюмо, кивнула.
– Я тут принес тебе кофе… – так же неуверенно продолжил он, и быстро добавил, – Мне Маша разрешила.
– Ну, если Маша разрешила, тогда заходи. – невольно улыбнулась я.