— Я всегда вооружена, — сощурилась девушка, сосредоточенно вырезая остриём голову из бумаги. — Так спокойнее.
Верда не ответила, но коротко кивнула, наблюдая за появляющейся фигуркой. Вырезав человека, Скульд не сдержалась и ткнула остриём в её лоб, но бумагу не пробила — сдержалась.
Урд села на пол по-турецки, Скульд присоединилась к ней. Верда, дочитав условия, огляделась, взяла с полки бечёвку, книгу и уселась рядом с ведьмами.
Урд бросила коричневую луковицу, фиолетовые цветки и пару ягод в ступку и изо всех сил принялась измельчать. Верда обвязала бечёвкой шею бумажного человека, его руки и ноги.
И вновь содрогнулась, ощутив густую, сырую магию.
— Ого.., — выдохнула Скульд. — Мы же даже ещё не начали.
— ...раньше сила не приходила так легко.
Верда глубоко вздохнула.
Во что она, бляха-муха, ввязалась?!
В нечто, во что никто из нормальных людей никогда не поверит!
Да и отступать уже некуда. Она в круге, она погодная ведьма. Она еле сидела после тесного знакомства со своим боссом из Ада. И теперь она вершила судьбу другого человека.
Нормальная девушка испугалась бы и убежала.
Нормальная.
Верде же захотелось узнать, сработает ли колдовство.
Подумать только... наслать порчу...
— Читать заговор нужно вместе, держась за руки, — произнесла Скульд, когда Урд высыпала ядовитую смесь на фигурку. После этого Верда осторожно обмотала бечёвкой торс.
— Как будешь готова, Скульд, — ответила Урд, глядя на страницу книги, — капни кровью на лоб и сердце фигурки. И начнём.
Скульд решалась недолго. Остриём ножа она надавила на подушечку пальца, пролила пару капель крови. И, когда это случилось, от бумажного человека повалил чёрный дым.
Пламя свечей на запертом чердаке заколыхалось.
Ведьмы взялись за руки и начали в унисон:
— Тело остыло, постель и могила сольются в одно, но тебе всё равно. Свинцовые очи, и дни — словно ночи, недвижим лежи: не мёртв, но не жив.
Когда они повторили заговор во второй раз, их голоса звучали уже не так ровно. Молнии сверкали в ночи, дым от фигурки превратился в удушающий смог, всё вокруг начало трястись, словно от землетрясения.
На третьем повторе их голоса срывались на крик, а самих ведьм подняло в воздух.
И, стоило прозвучать последнему слову, как всё кончилось. Девушки плюхнулись на пол, фигурка упала, воцарилась гробовая тишина.
Верда со стоном хватала воздух, Урд потирала ушибленный затылок, а Скульд лежала на полу без движения.
Спустя секунду она расхохоталась.
Она хохотала, плакала, проклинала отправителя письма и благодарила сестёр.
И от этой искренности от мрачной, упрямой девушки у Верды сжалось сердце.
У них получилось. Она знала это. Только что за пару минут они превратили жизнь человека в кошмар наяву.
И Верде не было жаль.
Раз магия могла уничтожить одного человека, то и могла превратить жизнь одной единственной ведьмы в воплощённую мечту.
А значит, она могла сама распоряжаться своей жизнью.
И не имела права бояться Кейла Андвари.
Глава 6
Вот уже неделю Верда искала новую работу. Она обошла все ближайшие банки, в которых требовались специалисты, откликнулась на все объявления о поиске секретарш, зашла в риелторские конторы, в юридические фирмы, да даже в обыкновенные кафе, куда принимали и неопытных студентов.
И получила жирное нихуя.
Её отбривали по самым нелепым и странным причинам. То она была слишком хороша для работодателя, то слишком молода, слишком красива, слишком стройна, слишком сладка...
И все, как один, советовали позвонить Кейлу Андвари.
На каждом собеседовании Верда скрежетала зубами, пока погода на улице сходила с ума от её злобы.
Но настоящий сюрприз ожидал её дома.
Когда Верда вернулась, сняла туфли, раскрыла зонт и оставила его обтекать, она обнаружила на столе розу.
Красную розу без шипов. Рядом — бутылка виски и коробка дорогого шоколада.
Верда перестала дышать и прижалась к стене с такой силой, будто хотела с ней срастись.
Ползком добравшись до кухонного шкафа, девушка схватила увесистый нож. Увереннее она себя не почувствовала, но другого оружия у неё не было, а метать молнии она ещё не научилась.
Верда толкнула дверь в ванную комнату, бегло осмотрела её. Потом двинулась в спальню, прижимаясь спиной к стене, боясь дышать.
Проклятое воображение рисовало ей самые жуткие картины.
То раздетого начальника, едва прикрытого одеялом и манящего её к себе.
То того же начальника, поджидавшего её с пистолетом наготове.
То начальника, роящегося в её белье.
Мотнув головой и сматерившись про себя, Верда резко толкнула дверь.