Но, что хуже всего, рядом с ним ей было тревожно — каждая клеточка её существа вопила, что нужно бежать, что этот больной психопат искалечит ей жизнь, что он моральный урод и сумасшедший.
Вот только ей не было рядом с ним неприятно.
Магия искрила от его поцелуя, вливалась в тело ведьмы. Верда задрожала, подавшись навстречу Кейлу, прикусив его нижнюю губу.
Мужчина воспринял это как сигнал к действию и поэтому мягко надавил на живот девушки, заставив её опуститься на кровать. Жаркими поцелуями он спустился к шее, плечу. Верда перестала дышать.
Ублюдок.
— Стой же... Приворот... это... это было непростительно!
— Я умею просить прощения.
— М-м-м...
Верда взвилась в его руках, когда мужчина обхватил губами сосок, провёл по нему раздвоенным языком, прикусил. Магия хлынула в тело таким обжигающим потоком, что с губ девушки невольно сорвался протяжный стон.
Ведьма зажмурилась, зарывшись пальцами в свои же волосы. Кейл действовал так уверенно, знал, как обращаться с женщиной, в то время как Верде было привычнее заниматься сексом под одеялом, с приглушённым светом, торопливо и стыдливо.
А вот демон умел наслаждаться этим.
— Показать?
Ему не нужен был ответ. Медленно, намеренно дразня девушку, Кейл стянул с неё последний оставшийся элемент одежды.
Он смотрел в глаза девушки, в то время как она с трудом могла перевести дыхание.
— Ч... что?
— Ты так красива, Верданди.
С этими словами Кейл вновь поцеловал её в губы, спустился к шее, груди, животу, неторопливо развёл её колени в стороны.
И провёл языком вдоль половых губ.
Верда от неожиданности вскрикнула. Магия обожгла её с такой силой, точно по венам вместо крови потекла магма.
Неужели ради такого ведьмы и слетаются на шабаши?
Если это действительно так, то девушка прекрасно их понимала.
Стыд улетучился, уступив место такому манящему, такому губительному и пылкому желанию. Его раздвоенный язык сдавливал горячий клитор, обвивал его, изучал, пробовал. Его губы целовали чувствительную плоть со всё возрастающей требовательностью, его дыхание обжигало.
Верда изгибалась, металась на подушках и невольно стонала от нестерпимого наслаждения. Кейл не шутил, когда сказал, что умеет просить прощения.
Если бы она знала, что он способен на подобное, когда сидела на летучках...
Она задрожала, пальцами зарывшись в волосы мужчины, чувствуя, что напряжение в теле стало совершенно невыносимым.
И в тот момент, когда она была на пике удовольствия, демон отстранился.
Верда что-то невнятно простонала, в то время как Кейл снял с себя пиджак, рубашку, расстегнул ремень брюк.
— Боюсь, мой матрац насквозь мокрый, Верданди.
Тяжело дыша, ведьма отвела взгляд, не ответив. Её тело стало до того чувствительным, что она вздрагивала даже от дуновения ветра.
Склонившись над Вердой, Кейл медленно вошёл в неё, крепко стиснув бёдра. Она зажмурилась, боясь, что удовольствие сменится болью, но этого не произошло.
— ...как по маслу, — прорычал он ей на ухо.
— Зат... кнись.
Бесполезная просьба, учитывая, что дальше им было не до разговоров. В постели её начальник перестал быть джентльменом, ему было не до обходительности и нежности. Он был груб, резок, любил проявлять силу и страсть. Верде подобное обращение не нравилось.
Она задыхалась от эйфории.
Магия пронизывала всё её существо, задевала каждый нерв, восстанавливала и наполняла силой. А от такого пылкого воссоединения после недели стресса, огорчений, обиды и страхов ей сносило крышу.
Верда вцепилась в плечи Кейла, содрогаясь от бурного, пылкого оргазма.
— Хорошая девочка, — глухо произнёс мужчина, впившись поцелуем в её губы.
— Хах... ах...
— Не сдерживайся. На шабаше у меня от тебя всякий раз закладывало уши.
Верда невольно сжала губы, откинувшись на подушки. Назло мужчине она попыталась вести себя тихо, но не смогла.
Кейл был слишком умелым, слишком хорошим любовником.
А потому она порой срывалась и называла его папочкой.
Ей это аукнется, не так ли?
Но Верда решила подумать об этом позже.
Глава 9
Когда Верда проснулась, за окном моросил мелкий, тёплый дождь.
Она потёрла глаза, потянулась на кровати повернулась лицом к демону, с которым развлекалась всё утро. По его же прихоти.
Кейл утомился так же сильно, как и она, и потому сейчас тихо дремал, укрывшись одеялом. Его кожа и волосы стали золотистыми, над висками появились рога, на руках — острые когти, за спиной — крылья и длинный хвост. Истинный облик рассеялся, когда мужчина достиг наивысшего наслаждения, и снова превращаться в человека он не хотел.