Из-за отрицания действительности боль каждый день разрывала ей сердце.
Урд каждую ночь засыпала в слезах, а просыпалась с тяжёлой головой, шла работать, как во сне, что-то отвечала людям, но не могла их запомнить. Дни без Бальдра казались тяжёлым, изнуряющим, бесконечным сном.
Теперь, когда в её доме появился новый житель, она старалась сдерживаться.
Но получалось не всегда.
Она замешивала тесто, чувствуя, как по щекам текут слёзы. Сжав губы, Урд мысленно ругала себя за слабохарактерность, за нытьё, за излишние эмоции. И, честно говоря, она завидовала Верде и Скульд — таким смелым, таким решительным, таким прямолинейным. Верда могла выкрутиться из любой ситуации, а Скульд умела поставить на место каждого.
И этого кота поставила бы, будь она сейчас здесь.
Не то, что рохля по имени Урд.
Она вздрогнула, когда Текила потёрся виском о её голень.
— Я уже сказала, — она утёрла слёзы ладонью. — У тебя нет шансов.
Текила взглянул ей в глаза, но тереться о ноги не прекратил. Он знал, что Урд не поднимет руку на котика, не откажет ему, не отругает. Знал и активно этим пользовался.
Мяукнув, Текила вышел из дома. Когда он отлучился впервые, Урд подумала, что кот ушёл насовсем, но он всякий раз возвращался. Да и куда бы он ушёл? В лес? К Гёндуль? У Урд было тепло, безопасно, она вкусно готовила и умела заботиться о других, да и ведьмы обещали расколдовать его.
И сделать это было несложно. Но нужна магия. Много магии.
А значит следующий шабаш пропускать нельзя.
Урд вымесила тесто, переложила его в форму, добавила начинки из персикового повидла. Она заметила, что Верда со Скульд, ночуя у неё, чаще всего жевали именно персики, вот и решила их порадовать.
Пока пирог пёкся, Урд прибрала кухню. Эта рутина обычно отвлекала её от тягостных мыслей.
И, пока она была занята, Текила вернулся. Весь в репьях, колючках, паутине и пыли.
Но с цветущей красной розой в зубах.
Её он положил у ног Урд, прежде чем с удовольствием отряхнуться на её чистый пол.
— Господи...
Кот самодовольно смотрел на неё, щурясь от удовольствия.
— Где ты её взял?
Урд не высаживала таких роз, как и её соседи. Она взяла цветок.
И ощутила звенящую магию.
Настроение у девушки было подавленным, тягостным, но цветок в её пальцах не вял — в отличие от остальных растений в саду и в доме. Их Урд каждый день по нескольку раз радовала обширными растительными инфарктами.
— Да кто ты такой..?
Кот принюхался и встал на задние лапы, заглядывая в духовку. Ему нравилась выпечка Урд. Он вообще обожал её готовку так сильно, что не мог сдержать мурчания. Ведьме это льстило.
Эту розу она должна была демонстративно сломать, но не стала этого делать. Во-первых, это могло стать ключом к тайне личности Текилы.
Во-вторых, она не могла обидеть большого, пушистого кота.
Урд вытащила пирог и оставила его остывать. Дом в который раз наполнился приятным сладким ароматом свежей выпечки, вот только угощать ею обычно было некого.
Ни Бальдра, ни их не случившегося малыша, никого.
Только ведьма с котом.
В который раз Урд сравнила себя со злобной старухой, живущей в пряничном домике.
— Не смей к нему прикасаться, пока не остынет, — Урд пригрозила коту пальцем. — Я на чердак. Тронешь пирог — неделю будешь сидеть на кошачьем корме.
Текила склонил голову набок, пристально глядя на неё. Урд зря беспокоилась о безопасности пирога, потому что кот последовал на чердак вместе с ней.
Она сидела на полу по-турецки, разложив рядом книжки своей бабушки. Во многих она находила вложенные листки с почерком бабули, содержащие примечания, авторские заклинания и рецепты. Среди них Урд надеялась увидеть способы воскрешения и лёгкого рассеивания чар.
Текила лёг на пол, опустив голову на бедро Урд.
— Слушай, — вздохнула она. — Я не ищу отношений. И твоё внимание мне неприятно.
В ответ Текила лёг кверху животом.
Упорный. И играл грязно.
Закатив глаза, Урд поднялась и подошла к полкам. Ей нужно было что-то вроде справочника по магическим тварям, который и пролил бы свет на природу Текилы.
Что о нём известно? Мутноджемет сказала, что он либо превыше самого бога смерти, либо совершенно не стоит его внимания. И вряд ли существо, способное управлять растениями, можно назвать слабым.
Увы, но список магических тварей занял у бабули всего одну тетрадку.
Она была нелюдимой, ей не нужны были шабаши и переизбыток магии. Бабушка просто лечила людей, была чудаковатой и время от времени превращалась в собаку.