Как только последний Ярнсакс будет уничтожен, она перестанет общаться с Урд и Вердой, выбросит метлу и забудет о прошлом.
Если будет к тому моменту жива.
Скульд провела ладонью по лицу, рухнула на освободившееся место и проехала до нужной станции. Завтра её ожидал очередной кастинг, но уже в другом театре. Плюсы большого города в том, что театров, концертных площадок, малых сцен и творческих коллективов здесь — хоть жопой жуй.
Хоть бы один из них нуждался в тренированном женском басе.
Вернувшись домой, она встала перед зеркалом и окинула себя оценивающим взглядом. В последнее время Скульд казалось, что из-за Урд, её пирожков и желания видеть гостей сытыми, её задница прибавила в размере.
Потому её и взбесил незнакомец, назвавший её сногсшибательной.
Была бы Скульд в самом деле сногсшибательной, ей были бы открыты двери на любую сцену мира. Она бы никогда не была одна. Её после шабаша не забыл бы ни один сверхъестественный мудак.
И, следуя этой логике, сногсшибательной была Верда.
Чтоб её...
Властолюбивая сука, желающая всеми командовать.
Сев за синтезатор, Скульд принялась выполнять упражнения для консерватории, тренировала голос, распевала излюбленные магические заклинания, которыми древние скандинавские ведьмы ворожили других, исцеляли, привлекали к себе удачу. Магии Скульд при этом не чувствовала. Ни капельки.
А потому веры в очередной кастинг у неё не было от слова совсем.
На следующий день Скульд добралась до театра и получила свой номер первой, растолкав всех людей в очереди. Она с самого утра была до того раздражена и взвинчена, что хотела поскорее выступить, получить отказ и вернуться домой в свою одинокую квартиру.
Как вдруг...
— Не церемонишься, красотка?
Скульд застыла, скосила взгляд. Вчерашний незнакомец вновь улыбался ей своей самоуверенной, обаятельной улыбкой.
Она не ответила, надеясь, что он потеряет к ней интерес.
— Удивлена? Я знал, что ты придёшь сюда, — он лениво размял шею. — Всё-таки, сегодня кастинг проходит здесь и ещё в паре театров, которые больше похожи на деревенские курятники. Для таких ты слишком хороша.
Это начинало раздражать.
— Слушай, — произнесла она. — Не знаю, что тебе нужно, но я не настроена общаться.
— Да брось, — протянул парень. — Я ведь тоже хожу по кастингам. И, как видишь, мне тоже не особо рады.
— Может, при жюри следовало петь, а не пиздеть?
Он расхохотался, откинув голову назад. Скульд сощурилась. Обычно её грубость отпугивала приставучих парней — девушка сразу давала им понять, что могла унизить их словесно, а могла и хорошенько врезать.
— Не могу удержаться, — он вновь заулыбался. — Перед ними десятки певцов рвут глотки по несколько часов в день. Должен же кто-то прийти и пошутить про их отсиженные задницы.
Скульд отвернулась.
— Эй, — не унимался парень. — Меня Браги зовут. Не хочешь дуэтом..?
— Не хочу. Я уже сказала.
— Спорим, ты передумаешь?
— С чего бы?
— А ты послушай моё выступление, — он хмыкнул, в его глазах появился весёлый, игривый блеск. — Я как раз, — он надел браслет с цифрой на запястье, — иду после тебя.
Скульд нахмурилась. Задерживаться даже на пару минут после кастинга ей не хотелось, но она была не против унизить этого самодовольного выскочку.
— А если не передумаю?
— Ты разобьёшь мне сердце, — произнёс Браги, подойдя чуть ближе. — Что ж, если я тебя не впечатлю — а этого не случится — я оплачу нам сегодня ужин.
Она вскинула брови. Только что её пригласили на свидание самым наглым способом из возможных.
И Скульд настолько не ожидала этого, что не нашлась с ответом.
— Молчание — знак согласия, — Браги улыбнулся, с самодовольным видом оправив волосы.
— Что в тебе такого, что я должна впечатлиться? — она хмыкнула. — Ну, кроме навязчивости, наглости и непомерного самомнения?
Браги почесал затылок, прислонившись спиной к стене.
— Разве это минусы?
— Это раздражает, — она отмахнулась. — Тебя не учили правильно вести себя в обществе?
Она задала риторический вопрос, но парень всерьёз задумался.
— Конечно, учили! — выдал он. — Но знаешь, правила придумали только по одной причине.
Браги заговорщически улыбнулся.
— Чтобы было веселее их нарушать.
Скульд смотрела на него, хмурясь, сжимая губы, всем своим видом выражая презрение и равнодушие. Парень игнорировал её эмоции: он был из тех, кого посылать нужно грубо, жёстко и прямо. Но даже при таком раскладе, вряд ли они пошлются.