А ещё рядом с ним что-то не давало Скульд покоя.
Чувство где-то на границе сознания, далёкая тревога, дразнящее ощущение опасности. Как ведьма, девушка умела прислушиваться к себе и своим ощущениям, а потому насторожилась.
Браги был... другим. В нём точно было что-то нечеловеческое — возможно, такой же природный дар, как у всех ведьм, но отличающийся. Скульд не могла сразу опознать его природу.
После образования круга её чувства усилились, а эмоции стали нестабильнее. Она одновременно могла упиваться могуществом, истерически смеяться и плакать навзрыд. Это началось после похорон родителей, но сейчас из-за магии и мести нервы Скульд начали стремительно разрушаться.
Она не хотела думать об этом, не хотела решать эту проблему, да и ныть кому-либо об этом не хотела. Проще напиться и устроить драку. Выпустить пар через бессмысленное насилие.
Её позвали на сцену и Скульд вышла под тихие подбадривания Браги. Кастинг был вполне обычным: нужно представиться, рассказать о себе и продемонстрировать свои таланты. Ничего нового.
Скульд любила петь. Сосредотачиваясь на голосе, она забывала о проблемах, о потерях, о переживаниях. В мире не существовало ничего: только тренированный голос Скульд, следующий за музыкой.
Закончив, девушка открыла глаза. Жюри в зрительном зале сидели, затаив дыхание, глядя на неё широко раскрытыми глазами. Как интересно. Обычно эти надменные судьи громко переговаривались, едва её слушая.
Им мог нравиться её голос, но из-за отсутствия опыта и полезных знакомств ей всегда отказывали.
Браги зааплодировал из-за кулис так буйно, что явно отбил ладони до синяков.
— Фрекен Муспель.., — начал один из жюри. — У вас прекрасное, крепкое контральто...
В этой фразе Скульд слышала непрозвучавшее "но", но после него звучала лишь гробовая тишина.
— И ЭТО ВСЁ?!
Скульд вздрогнула от голоса Браги.
— Тут диапазон в четыре октавы! — взорвался парень и вышел на сцену, окинув жюри ненавидящим взглядом. — Налицо задатки звезды, харизма и способность удержать внимание зрителей!
— Молодой человек, сейчас не ваша...
— Тупорылые кретины! — не унимался парень. — Перед таким даром вы должны на коленях ползать, а не морщить ебальники! И не делайте вид, что о чём-то думаете! Вам нечем!
Они задохнулись от возмущения.
Браги вырвал из рук Скульд микрофон и швырнул им в режиссёра, руководителей ансамблей, хореографов и продюсеров. Она в шоке смотрела на парня, сгорая от стыда — впервые за долгое время.
У неё и раньше случались провалы, но ни разу настолько громких!
Теперь ей заказан путь в любой театр.
— Какое хамство! — вспылила женщина, поднявшись со своего кресла. — Вы тоже конкурсант?! Так вот, молодой человек, не видать вам больше работы в музыке. Ваша фамилия?!
Браги хамовато хмыкнул.
— Ярнсакс.
У Скульд остановилось сердце, она похолодела, перестала дышать.
Женщина моментально осеклась, жюри насторожилось.
— И, кажется, не моя карьера кончена, — его голос был полон самоуверенности, гордыни, веселья. — А ваш театр.
Голос Браги зазвучал ниже и грубее.
— Вместе с каждым из вас.
Глава 12
Обычно сны Урд состояли из счастливых воспоминаний, после которых ей было невероятно тоскливо. В них к ней часто приходил Бальдр, разговаривал с ней, успокаивал, в его объятиях было тепло, привычно и безопасно. Он снова был рядом, и на короткий миг Урд была счастлива.
Но в последнее время сны начали мерцать.
И вместо Бальдра сознание ведьмы тревожил другой мужчина.
Он был высок — выше любого знакомого ей человека — всегда держался горделиво и надменно, его осанка была по-военному прямой, походка — лёгкой, кожа — бледной. Его серебристые волосы были такими длинными, что почти касались пола, но самое важное — из них торчали острые и длинные уши. Взгляд тёмных глаз всякий раз пристально сверлил Урд, пугал её, вызывая желание поскорее сбежать. Но когда мужчина разговаривал, выражение его лица смягчалось.
— Вы снова плакали, Урд? — он всякий раз досадливо качал головой, потому что всегда знал ответ. — Как вам не стыдно?
— Разве это стыдно — оплакивать мужа?
— Вашим мужем скоро стану я, — ответил незнакомец, большим пальцем утирая слёзы у неё на щеке. — И в случае моей смерти я бы не хотел, чтобы вы из-за меня забыли о себе.
— Вы? Мужем?..
— Это не обсуждается. И ваши возражения меня не интересуют.
Во снах она всегда была вялой, заторможенной, так что нормально реагировать на происходящее не могла. К тому же, Урд прекрасно осознавала, что спала. После полноценного становления ведьмой она открыла в себе массу новых, ранее недостижимых и довольно бесполезных талантов.