Верда на мгновение зажмурилась, открыла глаза. Видение исчезло. Кейл был обычным: зрелым мужчиной, который горел своим делом и жаждал всех денег мира.
Он смотрел прямо на Верду.
И его губы растянулись в улыбке.
Девушка не дышала, поспешила убрать прядь волос за ухо и отвести взгляд, пока её топ-менеджер постукивал кончиком ручки по столу.
От его молчания тревога усиливалась, и каждый в этой комнате взмок от ощутимого психологического давления.
— Вы смотрите новости. Я надеюсь, — начал он. — И следите за состоянием экономики. Поэтому вам должно быть известно, что курс кроны снова дестабилизировался.
Кейл сделал паузу.
— И нам нужно продолжать работать в этих неустойчивых условиях.
Кейл хмыкнул, поднявшись с кресла, обойдя длинный стол. Прежде он так не делал, и потому десятки сотрудников напряжённо наблюдали за ним.
Его шаги звучали так громко, что их стук отдавался в сердцах каждого.
Кейл не торопился ни с речью, ни с прогулкой по залу.
— Хотел бы я, чтобы эти проблемы решались по нашему общему желанию. Но увы.
Он осторожно опустил ладони на спинку кресла Верды. Девушка побелела.
— Нас от неизбежных изменений не спасут ни Божья воля, если вы в это верите, ни чудеса, — он выдержал паузу, улыбнувшись, — ни маленькие, очаровательные ведьмы.
Ведру затрясло. Если бы не толстый слой макияжа, коллеги бы увидели, каким красным стало её лицо.
Значит, рога и пламя во взгляде ей не мерещились...
Она закрыла глаза, пытаясь совладать с нервами, пока Кейл стоял у неё за спиной и сообщал новые указания присутствующим. Коллеги что-то торопливо записывали, но Верда от страха не могла сосредоточиться на голосе менеджера.
Она слышала только раскаты грома за окном и видела лишь ослепительные вспышки молний.
Глава 4
До конца летучки Верда не могла сосредоточиться на словах Кейла. Он не отходил далеко от её стула, часто опирался на его спинку, порой невольно касался девушки, заставляя её вздрагивать. Менеджер всего лишь хотел взять со стола блокнот или ручку, но всё равно будто бы случайно задевал подчинённую.
Он пытался поймать её взгляд, но Верда упорно смотрела в никуда.
— Всем спасибо. На этом совещание окончено.
Она не записала ни строчки. Ни одного его указания.
Чёрт.
И у неё оставалось меньше пяти минут до начала рабочего дня. Она попросту не успеет спросить у коллег, что нужно этому ублюдку.
Верда подскочила со стула, опрокинув его, и собиралась выскочить из конференц-зала раньше всех.
— Верданди, — позвал на весь зал менеджер. Его голос звучал спокойно и равнодушно, но в то же время от этого кровь стыла в жилах. — Задержись. Остальные свободны.
Верда сжала кулаки, застыв, с потерянным видом глядя на коллег, которые спешили удалиться. Их суета неудивительна. За опоздание всего на пару минут обычно лишали премии.
Она смотрела, как люди покидали конференц-зал, и чувствовала себя так, будто плыла в лодке, которая медленно погружалась под воду.
Последний уходивший человек закрыл за собой двери, оставив ведьму и демона наедине.
Воцарилась давящая тишина. Кейл неторопливо подошёл, не произнося ни слова. Верда боялась даже вздохнуть.
Какие отношения у демонов с ведьмами? Что ему, чёрт его дери, нужно?
— Значит, Верданди Драгдим, — улыбнулся Кейл, подойдя совсем близко, коснувшись её плечом, пальцем задев бейдж на груди. — Как давно ты работаешь здесь?
— Три... года, герр Андвари.
— Три года.
Он умолк, убрал руки в карманы брюк, но отходить не спешил. Верда сжала губы, боясь смотреть на него, крепко стискивая дрожащие руки.
— Вам что-то нужно? — произнесла она, не выдержав тишины.
— Я думал, — он перешёл на шёпот, склонившись ближе, — что мне придётся ждать месяц до следующего шабаша.
— О...
Верда боялась пошевелиться, в то время как Кейл смотрел на неё, находясь неприлично близко, вглядывался в её лицо.
Господи... она переспала со своим начальником. По пьяни. И ничего из этого не помнила.
Можно ли пасть ещё ниже?
Больше никаких шабашей и никакой мёртвой воды!
Когда Кейл коснулся пальцами её волос, когда приблизился, чтобы вдохнуть их аромат, Верда дёрнулась и попыталась отстраниться.
Но мужчина схватил её за бедра, прижал к столу своим телом, поцеловал ведьму в губы. Верда смогла только ахнуть, ощутив его напористость.
Он целовался так требовательно, так свирепо, что по телу девушки будто бы пробежали электрические искры. Ей было и страшно, и стыдно, но в то же время близость пробуждала и иные чувства, в которых Верда не могла себе признаться.
Она пробуждала те самые тёмные желания, которые должны были остаться в Нифльхейме.