Добавив в список пункт о том, чтобы разобраться с устройством местных подъёмников, Рома двинул вслед за Креей, стараясь не вертеть головой особо, чтобы не выпустить девушку из виду и не затеряться в людных помещениях.
Казалось, что они были на каком-то административном уровне. Широкий коридор, светлые панели, похожие на деревянную отделку, на стенах и тёмные на полу, парящие под потолком осветительные сферы, открытые и закрытые двери по стенам, ведущие в помещения и другие коридоры. Ни окон, ни экранов, но на стенах висели какие-то информационные таблички на стенах и большие полусферы на полу, транслирующие что-то в таких же объёмных голограммах. Они были похожи на то, что показал ночью Зэйн, только крупнее — чуть выше человеческого роста. Изображение показывало какие-то информационные тексты, затем сменялось на вид снаружи краулера, потом снова шёл текст, в который Рома не вчитывался. Какие-то слова он узнавал, но общий смысл оставался непонятен.
Тут было много людей, а обстановка напоминала типичный бизнес-центр в Москве. Люди были повсюду: в «кабинетах», коридорах, кучковались, спешили по своим делам, аккуратно огибая Крею и Рому, глазевшего на их необычные наряды. Точнее на поразившие своей простотой одежды, не похожие на то, что таскали Зэйн с Креей, как и на заляпанные тёмными пятнами робы работяг в ангаре. Простая и, казалось, обычная тут одежда, но совершенно непохожая на то, что носили дома.
Не было никаких светящихся узоров, ни плащей, ни металлических вставок, ни оплечий — ничего, что рисовали концепт-художники. Обычные рубахи с длинным рукавом, или, наоборот, без рукавов. Просторные туники. Широкие лёгкие штаны и юбки. Единственные две вещи, которые зацепили внимание были карманы и сумочки. Карманы местные просто обожали, судя по их количеству на штанах. Даже на туниках было по большому, словно у кенгуру, карману. Не у всех, но было.
Разного рода сумочки — их тоже любили. Одни болтались на талии или на бёдрах, крепившиеся тугими обвязками, какие-то были за спинами, а какие-то представляли собой ленту с карманами, перекинутую по диагонали через плечо.
На Рому поглядывали, но тут же возвращались к своим собеседникам, или делам, хоть он и замечал искорки интереса, когда люди видели брендовый логотип на его худи всего с двумя карманами. Да и яркие синие джинсы сильно выделялись на общем кремово-пастельном тоне одежд большинства людей. Даже тёмная форма Креи не так выделялась, ведь цвет её не был броским. Будто тёмный камень на фоне пустынных песков.
Голос Зэйна он услышал и узнал сразу, даже в лёгком гомоне, царившем на уровне.
Он явно что-то доказывал, повышая количество грэнчей на кубический метр своим басом. Судя по закатывающимся глазам, проходящих мимо открытой двери, сотрудников, Рома даже определил в каком кабинете всё происходило. И оказался прав.
Сидевший за столом мужчина исподлобья смотрел на расхаживавшего по небольшому кабинету Зэйна, хмуро перевёл взгляд на вошедших, задержав его чуток на Роме, словно сканируя. Всё так же скользнул глазами по логотипу.
— Если там хоть один комплект повреждён, то ни шлака я тебе не заплачу.
Шлаки — местный аналог копейки. Судя по схожести выражения, шлаки были дешевле гильдов, либо вариантом альтернативной валюты. Судя по тому, как кулак Зэйна обрушился на поверхность стола, Зэйн хотел получить много шлаков.
— Если не заплатишь, я их тебе засуну… — начал было Зэйн, угрожающе ткнув пальцем чуть ли не в нос хмурому клерку, скосившему взгляд на декоративную тарелочку на подставке с какими-то разноцветными шариками, стоявшую на столе, которая качалась от удара по поверхности.
Приглядевшись, Рома увидел, что это были не просто цветные шарики. Они словно пульсировали и переливались какими-то внутренними энергиями. Совсем как Слеза Илисс!
— Не ругайтесь, всё на месте, всё в сохранности, — примиряющее подняла руки Креа.
«Кстати, а где та пачка пластин, которую она забрала?» — глядя на пустые ладони, подумал Рома. Он не углядел, куда она их дела, по пути. Сначала держала её в руках, а потом он упустил, разглядывая всё вокруг.
Раздался звон — тарелочка, всё же, рухнула на пол, разбившись. Шарики, которые были в ней, разбежались во все стороны, закатившись под всё, под что можно было закатиться.
«Капец…»
— Я вычту это, — процедил клерк и постучал пальцами по столу.
— Да я сам подарил тебе её! — воскликнул Зэйн, с сожалением взиравший на осколки под столом.
— Давай их сюда, — клерк, не обратив на него внимания, указал на поверхность стола, предварительно расчищенную от канцелярских предметов.