Парень отставил метлу и направился к хозяину магазина.
— Да, вывеска есть, но… что на ней написано?
Мужик посмотрел на него с недоумением: — Оружие. А что ещё должно быть написано на вывеске магазина оружия?
— Например… — Рома задумался, — «Незатупляемые мечи Слакса».
Левый глаз оружейника дёрнулся. Поглядев на Рому, как на городского дурачка, который пристал к нему на улице, Слакс, не повышая тона, сказал: — Мечи и так незатупляемые.
— Да какая разница, — отмахнулся Рома, — ты думаешь, что кто-то об этом задумывается вообще?
Слакс продолжал смотреть на него, как на блаженного.
Рома, воспользовавшись моментом, затараторил: — Вот смотри… я вчера гулял и насчитал целых шесть таких же магазинов в округе. Шесть, Слакс! Шесть, понимаешь? Там всё то же самое, что и у тебя. Вообще никакого разнообразия, понимаешь?
— Нет, — лицо его становилось похожим на грозовую тучу.
— Рассказываю. Твой магазин расположен далеко от входа на уровень, притом ото всех сразу. До тебя просто не доходят!
— Кто надо, доходит. — Слакс скрестил руки, продолжая хмуриться, — вы же пришли тогда.
— Вот именно! — Рома хлопнул ладонью по поверхности стойки, что Слакс аж дёрнулся, — «кто надо», а остальные?
— А остальные идут куда ближе.
— А должны идти к тебе, понимаешь?
Слакс всё ещё не понимал.
— Тебе нужно УТП, — ещё раз хлопнул по стойке Рома.
— Чё это? Я не…
— Уникальное Торговое Предложение, — подняв палец изрёк Рома.
Слакс, глядя на него, разразился смехом, что его сложило пополам, и он ударился лбом о стойку, разразившись руганью.
Когда он отругался и отсмеялся, утирая слезу, сказал:
— Сырок… ох, детская наивность… ты же видел мечи. Они все ОДИНАКОВЫЕ. Их не куют, а штампуют на заводах корпорации. Они ВСЕ такие, понимаешь? О какой уникальности ты вообще…
— А внешний вид? — Рома был готов к тому, что скажет Слакс. Точнее, ему нужно было услышать о том, что вообще всё оружие такое.
Слакс резко сменился в лице.
— А какая разница как оно выглядит? Это же не влияет…
— Вспомни, что ты сказал, когда увидел мой меч, — снова парировал Рома, готовый к такой реакции.
Слакс прищурился: — Я сказал, что он светится как грэнч, и предложил заменить камень.
— Всё верно, а что ты потом сделал?
Слакс вновь нахмурился.
— Я попросил посмотреть…
— Потому, что понравилось, да?
— Ну…
— Ну, скажи это. Красивый меч вышел, да? — не унимался Рома.
— Так, и что ты хочешь?
— И так… скажи мне, а возможно ли камни заменять?
Спустя три часа, Рома вспотевший, но очень довольный, стоял вместе с хмурым Слаксом, на небольшом удалении от его пустой, ещё вчера, витрины, которая сейчас сияла, как новогодняя ёлка.
Ему удалось уговорить оружейника на то, чтобы пожертвовать небольшим количеством дизайнерских камней, чтобы создать экспозицию, которую торговая площадь посёлка старателей ещё никогда не видела.
То, что поведал Слакс, развязало Роме руки. Совершенно утилитарное отношение орумцев к вооружению, помноженное на возможность создать любой шедевр силой мысли, помноженное на то, что люди Орума, к их великому счастью, не просиживали жизнь за компьютерными играми и чтением фэнтези и, в принципе, избежали феномена массовой культуры, создали очень интересное уравнение.
В качестве главной переменной оказался он — Рома, которого волею судеб нарекли Сырком. Слакс сказал главное — дизайн никак не влияет на функционал. Рома просто попросил того сделать самый красивый меч. Слакс сделал. Не впечатлило.
— Теперь дай я, — Рома протянул руку.
Спустя минуту Слакс вновь назвал Рому грэнчем, восторженно и с толикой отвращения вертя в руках даэдрический длинный меч.
— А чего он так светится? Это же…
— Это красиво, Слакс. Поверь.
— Но я же их не продам…
— На готовый дизайн делай накрутку на треть, а на разработку индивидуального по пожеланиям — повышай вдвое.
— Ты сумасшедший, — Слакс оторвался от витрины и уставился на парня.
Рома ухмыльнулся: — Да, у меня даже справка есть.
***
И вот настал тот самый день, которого Рома ждал, но всячески пытался задвинуть мысли о нём подальше. Несколько дней в доме у Слакса были достаточно насыщенными, чтобы не думать о курсах, но это и сократило период ожидания, ведь дни почти пролетели.