Слакс же, наоборот, что-то оживился, ведя парня, у которого понемногу начинали дрожать ноги, куда-то, откуда тот мог сигануть с высоты.
Ведь с парашютом Рома не прыгал, на курсы скалолазания не ходил, даже в воду с трамплина не сигал, а, после пары видео о травмах на батуте, положил сертификат на посещение зала «Попрыгунчик», который ему подарили на позапрошлый день рождения, в самый дальний угол выдвижного ящика. Там он лежал до сих пор.
Теперь он сам вызвался ухнуть со ста метров. Без страховки, парашюта, даже не в воду и не на батут. На землю, чтобы проверить работу магических стелек — продукт орумских бытовых разработок и смекалки.
«А если не получится?»
«Тогда всё закончится» — ответил он сам себе.
Сто метров — это где-то в районе тридцати-сорока этажей, если округлять в пользу студента. С ума сойти.
— Тебе же важно почувствовать, принцип понять, да?
— Ну… типа того. У нас с такой высоты без страховки не прыгают… да и со страховкой… — Рома передёрнул плечами, — я бы и со страховкой не стал.
Слакс усмехнулся.
— Говоришь в точности как саэлиец… — вдруг хитро глянул на парня, — ты точно не оттуда, а, Сырок? Может та легенда, которую сочинил Зэйн, всё же, имеет место, а?
Рома смутился, не поняв иронии оружейника, и вопросительно уставился на него.
— Ну, Саэлия — самая скучная страна на всём Оруме. Сидят в своих городах и света белого не видят. Кстати, от вида жуков тоже в обморок упадут, да и малохольные прям как ты… — хмыкнул Слакс. Чуть помолчав, с прорезавшейся в голосе надеждой, спросил: — …слушай, а, может, и правда память потерял?
— Нет, Слакс, я из Москвы, а не из Саэлии, — Рома вспомнил где та находится. Юг Дагориса, который располагался на западе от Моррада.
Тот ещё немного, прищурившись, поглядел на парня, хмыкнул и сказал: — Ну, я бы, всё же, свозил тебя туда. Там много городов… может и Москва твоя найдётся. Хотя, необычное, для них, название, но они вообще те ещё чудаки…
— А что с ними не так? — Рома видел пока лишь названия, но не знал ни истории, ни политического уклада и быта стран Орума. Он и Моррад знал только по пустошам, да посёлку старателей…
— Да всё не так, парень. На Моррад они почти не суются — слишком грязно и дико. Приходится за камнями к ним ездить самому. А они ещё и смотрят на нас как на грэнчей, будто мы им не ровня…
— Камни… те, что в оружии?
— Ха, не только. Они и энергоядра производят, и все элементы для… как ты это назвал… бытовой магии. Вообще, почти всё, что есть у нас, производят на Дагорисе. То, что поумнее — в Саэлии, то, что не такое умное, но прочное и массовое — в Халмарне. Вот наш краулер из Халмарна, как и эскорт. А пушки из Саэлии, ведь там более тонкая работа с кристаллами и высвобождением энергии. Понятно?
— Ха, прям как Япония и Китай у нас… — заключил Рома, хоть и понимал, что Слаксу ничего не скажут названия, — а они не воюют?
Слакс вдвойне непонимающе уставился на парня: — Нет. А зачем им воевать?
— Ну… за рынок, чтобы, ну, больше прибыли иметь… да и граница у них общая есть.
Оружейник хохотнул: — Ладно, парень, признаю, ты точно не из Саэлии… у вас за такое разве станут воевать друг с другом?
— И не за такое… — Рома мог лишь развести руками.
— Понятно, — Слакс почесал висок, — нет, они не воюют. Они даже общую корпорацию создали, чтобы меньше бюрократии с поставками было. Да и, после долгой зимы, орумцы как-то привыкли кооперироваться, а не сражаться за ресурсы.
Тем временем, они подошли к другому лифту, представлявшему собой большую круглую платформу, размером превосходящую все стандартные лифты краулера.
— Пришли, Сырок. Сейчас поднимемся наверх и оттуда попрыгаем. Это не максимальная высота, но для тренировки сойдёт.
— А что за лифт? — спросил Рома.
— Это эвакуационный. Он с самого добывающего уровня до самой поверхности ведёт.
Он нажал на кнопку и округлая стена цилиндрической шахты открылась.
— Вот так открыто всё время? — Рома чуть опешил.
Слакс снова посмотрел на него, как на «странненького».
— Конечно. Он же эвакуационный… зачем его держать закрытым? А вдруг он кому-то понадобится?
Он стоял на краю бездны, куда несколько минут назад шагнул Слакс.
Рома ещё не был на поверхности краулера, откуда открывался прекрасный вид не только на ночное небо Орума, но и боевые модули шагоходов конвоя, отстреливающих вездесущих охотников.
Мир становился понятнее с каждым днём. Пусть у него была куча вопросов, которые он хотел задать и ещё большая куча вопросов, о которых он ещё не подозревал.
Орум не прятался от него. Орум был рад открываться перед ним. Орум ему доверял.