– Вперед!
Еще метров полсотни, перевалить через гребень невысокого холма – и вниз, к бурному и довольно широкому ручью. Еще недавно здесь был кое-как сколоченный мост из толстых бревен, но сейчас он окончательно пришел в негодность. Настил зиял такими дырами, что соваться туда не стоило.
Виталий перехватил взгляд девушки и ткнул пальцем чуть левее:
– Туда. И вброд, здесь твердо и совсем неглубоко.
– А…
– Не тошни мне на нервы. Вперед!
Тяжело переваливаясь, пикап решительно полез в ручей. И впрямь не глубоко, всего-то сантиметров двадцать прозрачной, как стекло, ледяной и невероятно вкусной воды. И дно твердое. Когда-то в этих местах плескалось море, оставившее после себя мощный слой известняка. Ракушки, кораллы, трилобиты окаменевшие и прочая ерунда. Главное, что в этом не увязнешь. Разве что выбираясь – здесь и нанесенный водой песочек, и хрупкий песчаник. Если постучать по нему молотком, можно легко найти небольшие полости, заполненные кристаллами гипса, невысокого, правда, качества.
Впрочем, машине было на него без разницы. Детище германского автопрома уверенно перло, не обращая внимания на такие мелочи, и спустя несколько секунд выбралось на другой берег. Еще метров двадцать вверх по склону, и Виталий махнул рукой:
– Все, тормози. Станция Березай, кто приехал – вылезай!
Женские охи-вздохи по поводу красоты места оказались чуть более активными, чем Виталий предполагал изначально. Тем не менее посмотреть действительно было на что. Они остановились буквально в нескольких метрах перед обрывом, с которого открывался великолепный вид на реку. Та вдобавок делала здесь поворот, лес на берегах еще не утратил окончательно летне-осенней яркости, подернутая инеем трава и тоненький ледок на кромке воды вносил свою нотку… В общем, прямо как на лубочных картинках получилось. И для восхищения родной природой место подходило как нельзя лучше.
Пока дамы восторгались (извлеченные из запасов Виталия пуховики были не особенно красивы, но для такой погоды отменно подходили, а потому замерзнут девушки еще не скоро), единственный мужчина в их компании извлек из кузова разборный мангал, уголь и дрова. Конечно, деревяшек можно найти и здесь, но ползать по лесу в их поиске не хотелось. Проще заехать в гараж, благо там запас сухого топлива имелся всегда. Блеснув перед дамами, разжег их с одной зажигалки, после чего занялся собственно мясом.
К тому моменту, как дрова прогорели, угли налились жаром, а мясо начало томиться, Виталий остался возле машины один. Девушки отправились гулять по лесу, благо заблудиться здесь было нереально. Главное, с дороги не сходить. Псина, видимо, простив вчерашнее с ней вольное обращение, отправилась с ними, тут же обтявкав кого-то на елке. Белку или бурундука, скорее всего, их тут водилось прорва.
А минут через десять после того, как они ушли, случилось то, что Виталий, собственно, и ожидал. На дороге, которой совсем недавно воспользовались любители шашлыков, густо дымя и побрякивая, появился изрядно потасканный джип. Лоск с американской машинки сошел давным-давно, а вот мелких вмятин была куча, но пер он вполне уверенно и через ручей перескочил даже ловчее, чем пикап. Ну да это и неудивительно, не зря слегка устаревшее чудо американского автопрома многие считают эталоном проходимости. Хотя, и это стоило учесть, дело могло заключаться в прокладке между рулем и сиденьем.
Противно скрипнув тормозами (левую переднюю колодку давно пора менять, отметил про себя Виталий), джип остановился, и из него моментально вывалились крепкие ребята числом аж четверо. У одного весьма знакомая рожа, и лишь через пару секунд Виталий сообразил, что конкретно этому индивидууму он совсем недавно устроил призовой заплыв. Кстати, он был единственным, кто оделся согласно погоде и даже серьезнее – видать, намерзся тогда, болезный, теперь колотун-бабай его верный спутник. Остальные – в кожанках. Ну, шпана, чес-слово, шпана, косящая под братков из девяностых. И это притом, что, по рожам судя, им всем в районе тридцати лет. Даже побольше немного. Воистину, мозгов нет – считай, калеки.
А вот то, что у одного из них в руках ружье, Виталию не понравилось совершенно. Конечно, одностволка, да еще сравнительно небольшого, как определил навскидку Виталий, шестнадцатого калибра, но в упор и с ней можно натворить дел. Ружье потертое и явно старше хозяина. У отца, небось, реквизировал…